Брак по-тиквийски 4. Колдунья

– Не надо! – промычало оно. – Не стреляйте, добрый господин! Возьмите все, что хотите. Могу клад показать, а?

А голос-то мужской, даром что интонации истерические.

– Ты кто? – разочарованно спросила Тереза.

– Лесник!

– Какой, на хрен, лесник? Засохни! Здесь вообще леса нет.

– Ну, так уж профессия называется, не взыщите, – жалобно проблеял мужик. – В быту, понимаете. По документам я инспектор отдельной экологической зоны.

– И что ты тут ночью под ногами болтаешься? – неодобрительно проворчала Тереза.

– Дык с обхода возвращаюсь. Припоздал, виноват. Может, отпустите меня, а? Денег с собой нет, секретов никаких не знаю. Только старый клад у самого болота, да вы его и без меня найдете, там валун приметный. А?

То есть это – еще не болото, хмыкнула Тереза. Значит, дальше будет хуже. Она бросила взгляд на убегающий вдаль след, и вдруг в голову пришло страшное:

– Так это твои следы, что ли?

Неужели она все это время преследовала не ту цель?

– Какие следы, добрый господин? – Лесник все еще не понимал, что с ним говорит женщина.

И правда, у него-то прибора ночного видения не имелось. Тереза подозрительно прищурилась:

– Если не видишь ничего, то как шел через эту хлябь?

– Ну, я ж тут каждую травинку знаю, – торопливо пробормотал «инспектор отдельной экологической зоны», – каждый камешек, всякую тварюшку местную… Здесь знаете, какие виды есть, а? Редкие, охраняемые законом! И все их представители у меня наперечет.

Тереза кашлянула. Не хватало еще, чтобы убиенный хищник оказался персонажем тиквийской Красной Книги. Она сменила тему:

– Ну, а кого-нибудь из людей ты видел по дороге?

– А как же, добрый господин! Вас вот видел. Или не видел? Как пожелаете, так и стану говорить. Коли вы от кого скрываетесь, мне до этого дела нет. Мои заботы иные – за природой следить и ухаживать. Дичи не стреляйте больше, чем на прокорм, не мусорите, и я вообще забуду, что с вами встречался.

– Увянь! – оборвала она суетливого лесника.

Он то ли фыркнул, то ли охнул.

– Помилуйте, что в этих краях делать красивой женщине? – Тереза заскрипела зубами. Значит, она некрасивая? Вовремя вспомнилось, что этот придурок не различает ее лица. – Женщине комфорт нужен, уют. Цивилизация, понимаете. По нашим болотам одни неприхотливые мужчины шарятся, да и те не каждую декаду.