Брак по-тиквийски. 3. Ни минуты покоя

Тереза появилась оттуда же чуть позже, вытирая руки полотенцем – волосы под зеленым бахромчатым платком, завязанным сзади, салатовая рубашка Ильтена с закатанными рукавами, а вместо уже привычных для дачи брюк – свободная юбка на большом животе. Живот ничуть не мешал ей передвигаться так же плавно и стремительно – впрочем, это Маэдо еще по прошлому разу заметил.

– Кто это? Новый призрак? – Он вопросительно посмотрел на пацана. А что, от нее всего можно ожидать.

Тереза засмеялась.

– Нет, он абсолютно материален.

Даже больше, чем надо. Лучше бы ты запретил ему стучать лопатой по фарам, если хочешь, чтобы они остались целыми.

– Где ты его взяла? – Маэдо приподнял ребенка за шкирку и отставил подальше от машины. – Забрала из дома сирот? На фига? Ты же скоро своего родишь.

Из дома показался Ильтен.

– О, я вижу, вы уже гадаете, откуда взялось это существо в наших угодьях? Светлого солнца, Маэдо. Не мучайтесь, это Дени Хэнк, сын нашего соседа – должно быть, вы его помните…

За послеобеденным чаем Тереза пожелала узнать:

– А что, вот так просто можно взять мальчика из сиротского дома?

– Просто? – Маэдо повел плечом.

 – Не сказал бы, что это просто. Детей в стране мало, и если отец жив и на свободе, ребенка не отдаст, пусть даже мать умерла или замужем за другим. Но бывает всякое.

В силу своей профессии он разбирался в этом не понаслышке. Сколько раз так случалось: отца убили или, наоборот, отправили на каторгу за преступление. Новый муж женщины не всегда готов принять чужого сына, хотя и это возможно.

А бывает, что отец с матерью оба гибнут. Вот и приходится передавать ребенка в дом сирот. Ненадолго…

– Дети на государственном попечении обычно не задерживаются, – добавил Ильтен. – На них очередь стоит. Многим нужен наследник. А кому-то – просто малыш, о котором можно заботиться и который в свою очередь когда-нибудь принесет тебе стакан воды. Материальных затрат усыновление не требует, но получить разрешение очень нелегко, слишком большая конкуренция.

– Думаю, вам бы удалось, – ввернул Маэдо.

 – Семья обеспеченная и благонадежная. Во всех отношениях. – Он не удержался от ехидной улыбочки, зная цену пресловутой благонадежности.

– Нам незачем, – отрезала Тереза, которой улыбочка не понравилась. – Свой на подходе.

– Конечно, – легко согласился Маэдо. – Но есть люди, которые хотели бы завести ребенка, а жены нет или родить не может, да еще имущественный ценз или репутация не позволяют претендовать на усыновление.