Генеральша. Love story

– Хороший одежда, – сказала Хеддо напоследок, скользнув взглядом по платью Вари, всколыхнутому ветерком. – Ты сам делать?

– Да. Люблю шить, – неожиданно призналась она.

Хеддо улыбнулась и, помахав, пошла вдоль заборов легким шагом, привычным к иррийскому тяготению.

Утро было солнечным, но ветреным. Варя проснулась с больной головой и тягостным ощущением в желудке. Едва выползла во двор и чуть не споткнулась о Хеддо. Та сидела на ступеньках крыльца и грызла семечки.

– Привет, Барби, – обернулась она.

– Плохо мне, – со стоном отозвалась Варя, доплелась до умывальника и долго плескалась.

Хеддо смотрела на нее сочувственно.

– Хотишь выпить? – достала из сумки бутылку. – Как это по-русски?.. Как рука снимать. Сиди пожалуйста, – она похлопала по ступеньке рядом с собой.

Варя помотала головой.

– Нет, не хочу. И Вейру запретил мне сидеть на крыльце.

– Правильно, – одобрила Хеддо. – Пить – вред, и сидеть крыльцо – вред, – она поднялась, отряхнулась и пересела на лавку.

Она извлекла из сумки сверток, развернула, бережно расстелила на столе. Это был нежно-голубой капрон с дымчато-серым рисунком, Варя сразу его узнала. Отрез, подаренный ей свекровью. Покойной матерью покойного мужа. Ткань пробудила боль в сердце, Варя с трудом сглотнула комок в горле.

– Красивый? – спросила Хеддо, заранее зная ответ.

Варя молча кивнула.

– Хотишь взять? – предложила она, смущаясь. – Сшить себя красивый вещь.

Варе пришлось сделать усилие, чтобы покачать головой. Ей нравился этот материал, но теперь она не могла смотреть на него без воспоминаний, всплывающих со дна души.

– Нет, спасибо, – выговорила она. – Это твое. Я могу сшить для тебя блузку, если есть желание.

– Блузку? – довольно улыбнулась Хеддо. – Блузку есть это? – она ткнула в Варино платье.

– Нет, это платье. Но на Ирру ведь платьев не носят?

– Моя будет носить, – Хеддо упрямо наклонила голову.

Асса Минар был прав, подумалось Варе.

Вечером десант вернулся. Воздух сразу наполнился шумом, лязгом, звуками чужого языка, пылью. Варя видела в окошке, как Вейру Велд хлопнул дверью калитки, с ходу крикнул:

– Старая, готовь баню!

За ним просочился Дайне, такой же запыленный, слегка усталый и слегка под мухой. Он тащил набитый рюкзак. Ирочка отвлеклась от ковыряния в песке, заметив их, оживилась.