Враг моего врага. «Ийон Тихий»

– Видимо, вы ждете от них не той помощи, которую они готовы оказать. Верно, Мрланк?

Котенок, жмурясь от удовольствия, дернул ухом.

– Есть еще собаки, – сказал Райт. – Вот они – старые и преданные друзья человека. Их можно многому научить. Они следят за маленькими детьми, водят слепых, пасут стада, охраняют имущество. Собаки есть даже на военной службе.

– Хотел бы я посмотреть на собак, – проговорил Аддарекх. – Они похожи на людей?

– Нет, совсем нет. Кошки и то больше похожи.

Аддарекх с сомнением перевел взгляд с котенка на майора.

– Похожи скорее на шитанн, чем на нас, – издал смешок Райт. – Почему-то. Вы часом не от кошачьих произошли?

Аддарекх философски пожал плечами.

– Может, и так. Никто не знает. Ты вообще представляешь, когда это случилось? Ваше солнце было еще молодым.

Подобное равнодушие к своим корням удивило Бена. В земной истории споры о происхождении человека выливались в настоящие баталии. Хотя кто знает – может, через пару миллионов лет землянам действительно станет все равно.

Появились, и слава Богу.

– Ты будешь меня учить? – он перешел к делу.

– Происхождению жизни и человеческих видов? – откликнулся Аддарекх, ероша кошачью шерстку. – Не буду. Я в этом не разбираюсь.

– Языку своему, зануда! Я с тобой, по-твоему, ради чего остался?

– Ради моей красоты, – предположил шитанн, пряча ехидную усмешку.

– Тьфу на тебя! Долбаный юморист. Начинай уже, в конце концов. Я хочу еще съездить к маме и бабушке.

– Хорошо, – Аддарекх кивнул и оставил Мрланка.

 – Ложись на диван.

– Зачем?

– Чтобы научиться. Ложись и держи меня за руку.

Бен думал, что вампир будет рассказывать ему о правилах составления предложений или диктовать слова. Но он, накрыв Бена пледом, словно заботливая нянька, затянул на своем языке какую-то заунывную колыбельную.

– Ты чего? – дернулся Бен. – Я же так засну!

– Ну и засыпай, – он прервал песню, чтобы сердито ответить. – Только заткнись и не мешай.

И снова запел.

Бен не помнил тот момент, когда провалился в сон.

Снилась ему все та же навязчивая, нагоняющая дремоту песенка. Во сне ему показалось, что он различает слова. А потом он разлепил глаза и понял, что за окном темно. Он проспал несколько часов. При этом он совершенно не чувствовал себя отдохнувшим. Наоборот – голова гудела, словно все это время он доказывал какую-нибудь нерешаемую теорему.

– Привет, – сказал ему Аддарекх, сидящий на подоконнике – темный силуэт в темном же проеме окна.