Враг моего врага. «Ийон Тихий»

Палец слегка изменил положение – может, и не собираясь выстрелить, лишь намекая. Кан Телевер не выдержал. Юркнул обратно в комнату, захлопнул дверь, бросился на кровать и обхватил голову руками.

К нему пришли через час. Стащили с кровати, обшмонали, велели встать в угол. Тщательно обыскали комнату, сгребли все ценное. С помощью встроенного в броню плазменного резака вскрыли сейф, который Кан Телевер почитал невскрываемым. Все – с каким-то безразличием, без злобы и азарта, но и без сочувствия.

– Вы кто? – спросил он.

На шшерцев вторгшиеся не походили. Поднятые забрала шлемов открывали черты лица, сходные с кетреййи, но у шшерцев он никогда не видел такой экипировки. Да и язык, на котором они переговаривались между собой, не был шитанн. Кан Телевер, конечно, не говорил на шитанн, но за годы здесь научился его узнавать по длинным согласным и зубодробительным сочетаниям шипящих. Язык же, который он слышал сейчас, был ему совсем незнаком.

Чужак посмотрел на него долгим взглядом, словно сомневаясь, отвечать ли.

Все же ответил:

– Десант с ГС-крейсера «Сайрес Смит», Земля.

Они ушли, не став запирать дверь. Судьба побежденного их не интересовала. Будет он сидеть у себя или бродить по коридорам – какая разница? Захочет сбежать с базы – скатертью дорога. Куда он без кислорода денется?

Земля. Кан Телевер слыхал, что Земля объявила Нлакис своей территорией, но и не думал придавать этому значение. Какие-то политические игры где-то там, какое отношение они могут иметь к нему? Грызня из-за Нлакиса в Совете координаторов длилась годами, шшерские хозяева планеты пытались выжить гъдеан со своих земель, но безуспешно.

Мало ли что там де-юре, де-факто Нлакис принадлежал Гъде. Укрепленная база, прикрытие эскадры Ена Пирана, налаженный транспорт. Так неужели слушать чьи-то заявления? Пусть земляне хоть слюнями брызжут, они не посмеют тронуть гъдеанский рудник, побоятся выставить себя агрессорами перед всей Галактикой.

А они не побоялись и посмели.

Землянин в броне, но без шлема шел ему навстречу, таща перекинутую через плечо женщину и безмятежно насвистывая.

Предвкушает удовольствие, гад. Если бы женщина визжала и вырывалась, Кан Телевер, возможно, не выдержал бы, полез скандалить. Получил бы лазером в глаз или, в лучшем случае, металлической перчаткой в висок. Однако гъдеанка покорно молчала, только свисающие вниз каштановые косы бились о броню в такт шагам.

У перехода в соседний купол он увидел еще нескольких женщин.