Враг моего врага. «Конец фильма»

А если Вилис не отстанет от адмирала со всякими глупостями, то он, Хайнрих Шварц, лично надругается над ним, серьезно и качественно, как минимум двумя способами.

Не найдя понимания у начальства, Вилис нажаловался духовному пастырю. Так и так, вампир издевается, а всем все равно. Епископ пожелал знать, в чем состоит издевательство. Вилис продемонстрировал. Некоторое время Дьёрдь Галаци молча озирал открывшуюся ему картину, размышляя, а не наподдать ли чаду по этой самой… Долг все же взял верх.

– Прикрой срам, сын мой, – он поджал губы и пообещал: – Я разберусь с вампиром.

Аддарекх был в медблоке, пил чай с докторшей. Слава Богу, к интиму еще не перешли. Епископ до сих пор не мог решить, как к этому относиться.

– Ты что творишь, дьяволово семя? – грозно вопросил он, сдвинув со стола чашки.

– А что я сделал-то? – Аддарекх опешил.

– Ты, – Дьёрдь покосился на Клару, ему вдруг показалось, что сию деликатную тему вряд ли стоит затрагивать при даме; он подбодрил сам себя: нечего сомневаться, Клара Золинген – медик, – ты расцарапал седалище рабу Божьему Вилису низким словом!

Клара чуть не подавилась чаем.

– Аддарекх, правда? Что это за слово? – с любопытством спросила она.

– Ты совершил грех, – епископ поставил ему на вид. – Причинил своему собрату боль физическую и нравственную. Как тебе не стыдно?

Аддарекх вытянул руку и покачал указательным пальцем:

– Эй, церковник, ты меня со своей паствой не путай. Я носить крест не подписывался, и все ваши грехи мне по боку.

– А прокляну? – Дьёрдь навис над столом.

– А в лоб? – шитанн привстал, уши нервно дернулись, прижимаясь к голове.

Только не доводить до священного безумия! Если условно адекватный вампир превратится в вовсе невменяемое чудовище, справиться с ним в одиночку будет невозможно.

– Сядь, – он снова заговорил увещевающе. – Я понимаю, что ты не зришь свет веры, но причинно-следственные связи-то признаешь? Зачем ты это сделал? И не говори мне, что случайно! Ты намеренно его унизил.

– Зачем? – бешенство не уходило из глаз шитанн. – Чтобы он понял наконец, что нельзя надо мной безнаказанно глумиться! Раз и навсегда!

– Как же он над тобой глумился? – примирительно спросил епископ, с тревогой следя за искрами в его глазах. – Успокойся и расскажи.

Ну чем таким мог этот безобидный несерьезный парень допечь вампира? Однако, выслушав одну сторону, надо выслушать и другую. Дьёрдь приготовился слушать и возражать. Но возражать не пришлось.