Стать богом

Что ж, теперь у Флифа новый Тюремщик. И теперь ничто не помешает мне убить тебя, – его глаза сверкнули.

Мне придется это сделать. Даже если бы я не ненавидел тебя всем сердцем – мне нужен твой нож и жизнь твоего сына. Ведь ты не отдашь мне их, пока жива.

Он стиснул кулаки, но заставил себя вернуться к делу. Его работа и работа крабика еще не кончилась. Он щелкнул серьги и кольцо фотоаппаратом «Поляроид», дождался снимков, отсканировал их и отослал. А оживший на том конце связи Крабби-Кинглер положил на место прекрасные, неотличимые от настоящих подделки.

5. На химфаке

По коридору химического факультета МГУ шли две женщины средних лет, причем одна, натуральная блондинка, чуть ли не тащила за собой вторую, миниатюрную рыжую красавицу с тонкими чертами лица и зелеными глазами-омутами.

– Да не волнуйся ты, Файка, – уговаривала блондинка. – Нет никакой нужды сидеть у хроматографа над душой и бормотать заклинания.

– У твоего хроматографа нет никакой души, – вяло отбрыкивалась рыжая.

– Ну, все равно. У нас же автоматика. Разделится твоя смесь, никуда не денется.

– Моя? Это твой ребенок смешал все мои колдовские ингредиенты! Не ребенок, а вреднёнок.

– Ты уже забыла, какими бывают дети, – улыбнулась она и похлопала подругу по круглому животику. – Ничего, скоро вспомнишь.

– Мои двойняшки побузят и вырастут, как и их старший братец, – возразила Фая, одернув складки просторного темно-зеленого платья с огромным бантом на груди, прикрывающим животик. – А твой останется шалопаем навеки!

– Почему же навеки? Всего на какую-нибудь сотню лет, – она засмеялась.

 – Не ной, Файка. Малые дети утомительны, но милы. Я рада, что не увижу, как из сладенького малыша он превращается в нескладное, неопрятное, заросшее щетиной чудовище, от которого разит потом и табаком.

– Витка, и это говоришь ты?! – в зеленых глазах отразилось изумление. – По-моему, щетины тебя никогда не смущали. К тому же все твои мужики курили, да и ты сама…

– Хешшкор не курит, – заметила Вита.

 – И меня отучил. А к хорошему быстро привыкаешь. Он и сейчас частенько залетает ко мне, так что я держусь в форме. Вот недавно был, сидел полночи в инете… Все, пришли.

Она толкнула дверь лаборатории. Из помещения ударила в коридор волна шума, смеха, винных и закусочных ароматов, пьянящих как по отдельности, так и в сочетании. Фая робко заглянула внутрь. Она была колдуньей, самой настоящей, и тем не менее чувствовала себя не в своей тарелке.