Враг моего врага. Том 1

 – На новые дворцы или новые яхты?

– Салима, ну подумай сама, – снисходительно обратился к ней брат, – зачем Земле столько ГС-кораблей? Мы же ни с кем не воюем.

Это не эмиры жалеют денег. Это братец нашел повод покритиковать сестру.

– Ты прав, Фейсал, – нежно ответила она, слегка прикрыв глаза. – Мы ни с кем не воюем. А почему?

– Нам ни от кого ничего не надо! – гордо заявил он.

– И верно. А почему на нас не нападают те, кому что-то нужно от нас?

– Потому что боятся, – уверенно проговорил Фейсал.

 – У Земли самый многочисленный и хорошо вооруженный ГС-флот… О-ох, шайтан!

– Не поминай, – кротко промолвила она. – Накличешь.

Обязательно накличет. И, возможно, будет думать, что это его сорвавшееся с языка слово все решило. Милый, наивный, суеверный Фейсал! Они придут. Больше им обратиться не к кому. Но придут лишь тогда, когда нужда в силе Земли перевесит тысячелетнюю ненависть. Когда то, что название их расы служит на Земле ругательством, именем темного духа, средоточия зла и скверны, потеряет значение.

Когда станет настолько плохо, что…

Но не сейчас. Нельзя пить едва теплый чай. Надо дождаться, пока вода закипит.

Есть и правда в словах Фейсала. Для того, чтобы отвадить коршунов, хватило бы вдвое меньшего военного флота. Но вой на будет. Война нужна, ибо без нее не приобрести ни богатства, которое само просится в руки, ни славы, плоды которой будут защищать Землю и поддерживать ее престиж еще сотни лет. Войны не избежать, когда другие дерутся на границе сектора.

Ей быть по-любому.

Но не сейчас.

Салима никогда не торопилась. Поспешишь – людей насмешишь. Надо уметь ждать. Надо уметь выбрать время и место. Она умела.

Она дала убийцам своей семьи полгода. Не суетясь, ездила в гости к лордам и иностранным послам, заводила знакомства. Держалась скромно, глаз не поднимала, говорила тихо и незаметно, исподволь подталкивала ситуацию к нужному ей разрешению. Кого-то соблазнить остатками нефти, кого-то – портами, кого-то – территориями, а кого и трепетом ресниц.

Впрочем, тогда она еще плоховато контролировала мимику и на переговоры с по-настоящему серьезными людьми надевала паранджу. Очень удачный ход: сослаться на национальные традиции и не заботиться о том, что кто-то прочтет ненужное по твоему лицу. А заодно заработать репутацию безобидной религиозной девушки, пекущейся лишь о брате, который всегда был у нее на руках. Она вызывала сочувствие, умиление, даже восхищение. И она сумела этим воспользоваться.