Враг моего врага. Том 1

Земляне постоянно шутили. Нарочно говорили неправду и смеялись этому. Эйзза неплохо знала хантский, но разговаривать с ними было трудно: слова вроде знакомые, а смысла не понять. Они и меж собой так же разговаривали. Злыми они не были, просто чужими и странными. Еще более непостижимыми, чем шитанн или ба.

– Не знаю, Стейрр, – вздохнула она. – А зачем нам домой? Пока мы ходили в космос, наши родные прожили жизни и умерли. К кому возвращаться?

Домой Эйззе не хотелось. Она смутно понимала, что когда-нибудь придет пора оставить космос, выйти замуж, рожать детей… Когда – она не задумывалась.

Думать – дело шитанн. Хирра Ччайкар все устроил бы, подобрал бы ей хорошего мужа. Он не бывал особенно нежен, не читал ей стихов, но он был из ее клана, он отвечал за нее, он не бросил бы ее на произвол судьбы.

– Красавица, – позвал один из землян, – отдай бутылку! Мы тоже хотим, – и засмеялся.

Они все время смеялись. Похоже, разговор с кетреййи сам по себе казался им забавным.

Эйзза подошла, налила вино в его стакан.

Компания землян, к которой они прибились, начала служить в десанте не так давно. Все молодые, чуть старше кетреййи, а некоторые даже младше. Раньше, по рассказам и картинкам, Эйзза представляла себе землян на одно лицо: хмурые, лопоухие, сероволосые. А они оказались совсем разными, как и шитанн с кетреййи. Среди них были светлокожие, как сумеречники, и темные, как жители дневной стороны; с большими глазами, как у закатных кланов, и узкоглазые, как уроженцы полуденной зоны.

Только прически у всех одинаковые: короткие стрижки одного образца. На Земле нет настоящих кланов.

Полет протекал спокойно, и бойцы скучали, от нечего делать играя в азартные игры и смотря видео. Земляне пытались научить кетреййи играть в карты, но быстро отступились.

– А вы-то во что играете, когда скучно? – спросил самый дотошный из землян, плечистый и скуластый Бадма.

– Ну, кто дальше плюнет, – начал перечислять Асст, – в какой руке ключ, как веревку развязать…

Земляне посмеялись и перестали звать их в игру.

Оставалось смотреть фильмы. Фильмы были красивые, с впечатляющей музыкой, будящей в душе противоречивые чувства, но Эйзза почти ничего из них не понимала. За редким исключением – как, например, сегодня. Голографическая девушка-землянка занималась любовью то с одним, то с другим голографическим мужчиной, а один раз – с женщиной. Вот это было совершенно понятно.