Враг моего врага. Том 1

Ну-ну, если чьи-нибудь транспорты сумеют проскользнуть мимо эскадры Гъде… Траинит почему-то не поддается переброске грузовыми порталами, теряет свойства.

Земля могла бы, пожалуй, провернуть эту сделку. Купить траинит по дешевке и заставить гъдеанские корабли сидеть тихо, если хотят остаться целыми. Но тем самым она облегчит жизнь Раю, да еще за свой счет. Нет, Салима мысленно покачала головой. Надо ждать. Оливия еще со школьной поры называла это «сидеть на попе ровно». Салима первое время смущалась, а к старшим классам привыкла.

Надо сидеть на попе ровно, пока Рай окончательно не почувствует близость ада.

Салима придвинула ближе выносную клавиатуру и напечатала сообщение для посольства: «Земля выражает недовольство по поводу ведения боевых действий силами Гъде и Шшерского Рая в непосредственной близости от границ земного сектора. Координатор Земли». Перечитала и отправила. Придет время, «недовольство» сменится «возмущением». К тому времени станет ясно, против кого вступать в войну.

Московский куратор Каманин отложил телефон и улыбнулся:

– Пора. Еще немного, и курсанты начнут беспокоиться, не отменили ли выпуск.

– Курсанты не такие дураки, – проворчал пожилой сибиряк Потапов. – Вот ректор, тот может забеспокоиться, не означает ли наше отсутствие утрату нашего расположения или еще какую-нибудь ерунду.

Российские кураторы присутствовали на всех выпусках Академии. Живое свидетельство заинтересованности властей. И никогда не опаздывали: в подобном действительно можно было бы усмотреть политический намек.

Ректор не успел заждаться. Высокие гости минута в минуту заняли почетные места в президиуме. Зал затих: курсанты встали по стойке «смирно», дамы сели; не всем мужчинам из родни хватило мест, но никто не роптал.

Ректор поднялся, и вверху зажглось несколько экранов с его изображением. Как бы далеко ты ни сидел, все необходимое увидишь.

– Сегодня наши третьекурсники получают дипломы и покидают эти стены, чтобы приносить пользу нашей родине в просторах космоса, – слегка надтреснутым, но гордым голосом произнес ректор.

 – Неизменно в этот знаменательный день вместе с нами российские кураторы Владимир Каманин и Андрей Потапов, – при этих словах правители чуть привстали и обозначили поклон. – Но впервые наша Академия проводит выпуск в присутствии главы Организации Объединенных Наций. Я хочу предоставить слово нашей любимой Салиме ханум!

Салиму в самом деле непритворно любили.