(Не)Правильная пара для оборотня

Вдруг я и правда вру себе, что не подсадила на него мою милую Хайди?

Чёртов-придурок-Эвэрли!

Вспоминаю слова дяди, которые он так любит повторять: если хочешь быть настоящим вампиром, а не его бледной тенью, то тебе нужен Дающий. Капля крови такого даст тебе силу и откроет чертоги твоего разума, не доступные тем, кто пьёт холодную и обезличенную кровь из пакета. Незачем себя попусту ограничивать, когда это никому не приносит вреда.

Вздыхаю и обхватываю пальцами руку Хайди:

– Ладно, но только, потому что я сегодня осталась без обеда.

Хайди привычно вздрагивает, когда я вонзаю зубы в её кожу, и мгновенно расслабляется, прикрывая глаза и медленно выдыхая от удовольствия. Я тоже опускаю веки. Делаю первый и осторожный глоток. В ту же секунду в мозгу взрывается фейерверк удивительных вкусов. Бабушка говорит, что каждый вампир чувствует что-то своё, когда пьёт кровь. Лично меня кровь Хайди мысленно уносит в библиотеку, где я люблю зарыться в древних фолиантах книг. Или выбрасывает на берег моря, где лица и губ касаются солёные брызги.

А ещё я могу бежать по хвойному лесу, где ночной воздух проникает в разгорячённые лёгкие.

Звериная и кровь из банка дают такой же эффект, но в миллион раз бледнее.

В миллион.

Поэтому я частенько люблю вспоминать слова своего дяди.

Помимо этого, я с легкостью могу рассказать, что в последние пару дней чувствовала Хайди. Её кровь рассказывает мне всё. Вплоть до смущения, которое она испытала, перебросившись парой слов с Гилински.

Делаю последний третий глоток и распахиваю глаза:

– Ты же знаешь, Стоун, что он тот ещё бабник! И потом, Гилински слишком глуп для тебя.

– Зато у него шикарная задница, – хмыкает она, наблюдая, как ранки от моих зубов исчезают прямо на глазах, словно по волшебству. Она любит это делать, закусив нижнюю губу от интереса. – А вообще это глупости, не забивай голову. Пойдём.

Угу, поверим ей на слово.

Я киваю и молча подхватываю свой рюкзак, выбираясь из кустов вслед за подругой.

Она знает, что ей меня не провести, но и я понимаю, что некоторое из личного, должно оставаться личным, насколько бы близки мы не были.

По дороге до парковки мы с Хайди обсуждаем мистера Файта, чудаковатого учителя биологии, на которую ходим вместе. Лично мне он по чуть-чуть напоминает каждого члена моей семьи. Потому я не совсем понимаю, как к нему относиться. Зато Стоун с удовольствием подшучивает над ним, и сама же смеётся.