Тайна тибетского свитка. Почти реальная история о приключениях россиянки в Индии и Тибете, отправившейся на поиски древнего артефакта

– А как же я? Как быть мне со своими чувствами? – Он отошел от нее, в недоумении пожимая плечами.

– Я хочу, чтобы ты понял раз и навсегда, – произнесла она ровным голосом, чеканя каждое слово. – Никаких, кроме дружеских отношений, между нами быть не может. – И не сводя глаз с его побледневшего лица, словно оглашая приговор, закончила. – Ни-ко-гда!

Кира замолчала, с горечью осознавая, что сказанное ею больше походило на самоистязание, чем на обдуманное решение. Едва сохраняя самообладание, она развернулась на каблуках и, расправив плечи, направилась прочь.

Немного погодя женщина услышала, как с грохотом захлопнулась входная дверь. Разразившись плачем, она сползла по стене на пол. Теперь, не было никакого сомнения, ее дурацкая гордыня мешала признаться даже самой себе в том, что Стас стал значить для нее слишком много. Она нуждалась в нем, больше чем когда-либо. Чувства, которые она испытывала к нему, нельзя было назвать просто привязанностью. Ее душила обида от того, что первая искра страсти, внезапно вспыхнувшая в ней к мужчине, была потушена ей же самой.

Смахнув со щек слезы, Кира откинула назад длинные волосы и, стянув с пальца кольцо, швырнула его на прикроватную тумбочку. «Это все равно ни к чему бы ни привело», – внушала она себе, стараясь успокоиться. Прошло еще около получаса, и Кира как была в вечернем платье, уснула.

***

В ту ночь Стас так и не вернулся домой. В полдень, оставив ему коротенькую записку, с просьбой не искать ее, она собрала сумку и отключила мобильник.

Затем прихватив авиабилет на имя Стаса, вызвала такси. До отлета в Дели оставалось несколько часов, и она решила провести их где-нибудь поближе с Шереметьево.

Теперь Стас не сможет вылететь из Москвы. Все складывалось по задуманному Кирой плану. Вряд ли после такой выходки Воробей захочет вновь потратиться на билеты и разыскивать ее в Индии. Она должна была быть готова к разговору с ним после возвращения в Москву. Если он вообще захочет когда-либо увидеть ее вновь.

«Правильно говорит обо мне моя мама: я невозможная сумасбродка», – думала Кира, мчась по дороге в аэропорт.

Она даже несколько раз просила водителя остановиться, готовая в любую минуту вернуться и в слезах умоляя о прощении, броситься Стасу на шею.

Всего лишь каких-то несколько часов назад красивый и умный мужчина, прекрасный друг сделал ей предложение. Казалось бы, вот оно долгожданное семейное счастье, только протянуть руку, но все ее естество противилось незнакомому ей доселе чувству.