Призрак из прошлого (Моя темная половина). Часть 4. Конец истории

– Я возражать не буду…. Знаешь, любимая моя, иногда я смотрю на тебя, и спрашиваю Господа, за что, за какие заслуги он послал мне такое счастье…? И мне бывает страшно…

– Почему? – Аманда прижала ладони к его лицу, заглядывая в глаза, – не бойся ничего, я твоя, и только твоя….

– Я знаю, – Энрике прижал девушку к себе, – но ведь из-за меня ты теперь лишишься титула и замка, а ведь Джейсон помог бы тебе получить наследство… Ты уверена, что не пожалеешь…?

– Энрике, я уверена в одном, каждую минуту, каждый день, я хочу быть с тобой…, – прошептала девушка, – однажды я уже потеряла того, кого любила, и эта боль, как мне казалось, не утихнет никогда.

Но я справилась, а потом Господь послал мне тебя, и я снова смогла полюбить. Никакие замки и титулы не сравняться с этим, любимый, поверь мне….

Не говоря ни слова, Энрике опустил голову на плечо девушки, и она прижала его к себе, ощущая, как по щекам струиться соленая влага.

Дверь скрипнула – в трапезную вошла Селена и тут же замерла на пороге, щеки ее залились краской.

– Ой…, прости, Аманда, я вам помешала? – спросила она и Аманда вытерла слезы и покачала головой.

– Нет, ты можешь поесть, а мы поднимемся наверх, – сказала она и встала, – пойдем, Энрике?

– Пошли, – мужчина кивнул и встал. Селена растерянно посмотрела на них, поняв, что ужинать она будет в одиночестве.

Едва они вышли, Энрике прикрыл за собой дверь и указал на нее.

– Мне показалось, или Селена опять выглядит неважно? – тихо спросил он, и Аманда пожала плечами.

– Кажется, с ней все хорошо. Я говорила со Стейси перед отъездом, она сказала, что Селена, хоть и с трудом, но оправилась от того, что с ней произошло. А Дженн вообще заявила, что Селена беременна! Я испугалась одной этой мысли, слава Богу, Стейси сказала, что ничего подобного не обнаружила, хотя, поначалу, думала тоже самое…

– Волнение тоже может подорвать здоровье, – покачал головой Энрике, – ты бы видела мою маму, когда умер отец, а ведь, поначалу, она так страдала….

Даже спустя пару месяцев ей не становилось лучше, а только хуже. Если сразу она еще держалась, то потом на нее страшно было посмотреть, она похудела, ничего не могла есть, только лежала в постели, а потом, и вовсе чем-то отравилась, и едва не отдала Богу душу.