Спи со мной. Пробуждение

Почувствовав мое недоверие, парень поспешно добавляет:

– И я наполовину бербер, говорю на местном диалекте. Тебе не понадобится переводчик.

– И это все обещает человек, который полчаса назад чуть не стащил мой телефон, – язвительно комментирую я. – Зачем тебе помогать мне, причем бесплатно?

– Ты – чудо, посланное Аллахом. Я всегда мечтал стать свидетелем чего-то великого. Изменить судьбу мира, – с благоговением произносит он, но в следующую секунду из его голоса пропадает всякая серьезность. – К тому же не совсем бесплатно.

– Ну, про судьбу мира ты, конечно, загнул, но рассуждаешь логично. Как хоть тебя зовут? – сдаюсь я.

Парень снова расплывается в улыбке.

– Мохаммед.

– Ладно, Мохаммед. Я Ли. – Неопределенно махаю рукой то ли на парнишку, то ли на бесплодные попытки избавиться от его навязчивой компании. – Но, учти, опять тронешь мои вещи – сожгу заживо.

Мой новый попутчик испуганно отшатывается. Вдоволь насладившись произведенным эффектом, усмехаюсь:

– Шутка.

Он выдыхает с видимым облегчением и я, не удержавшись, добавляю:

– Или нет.

Спустя полчаса мы вместе выходим на стоянку с ключами от арендованного авто. Мохаммед устраивается на переднем сидении, и я завожу мотор:

– Где ты выучил английский?

– Все детство смотрел американские фильмы и сериалы. – С гордостью сообщает он и демонстрирует свою футболку. – Догадалась, откуда надпись?[11 - Ставшая крылатой фраза андроида Т-800 из фильма «Терминатор», произносимая Арнольдом Шварценеггером.

Хмыкаю, с иронией вспоминая составленный в Осло идеальный план путешествия. Наивно было рассчитывать, что он не провалится еще до того, как я выйду из аэропорта.

***

Дорога петляет среди ущелий, утопающих в солнце хребтов Атласских гор и долин, на которые я перестаю обращать внимание, когда начинается серпантин. Невозможно безмятежно созерцать живописные низины в разбавленном гужевыми повозками потоке машин – усталость неизбежно берет свое.

– Ли… Давай поведу я. Тебе нужно отдохнуть.

Торможу на обочине, с неохотой признавая, что он прав. Не пересяду на пассажирское – до Мерзуги мы оба доедем в черных мешках. Я отчаянно сопротивляюсь сну, но утомленный организм отправляет меня прямиком в точку входа – туда, где за окном вместо виражей серпантина до горизонта простирается море.

Распахиваю ставни.