Исправленному верить

– Вот ты спрашивал, почему индуалы живут среди людей? – проговорила она. – В том числе – и вот поэтому. Потому что вы, люди, способны на удивительное. И за это мы готовы иногда выполнять ваши желания и выправлять судьбы.

– Спасибо от имени человечества.

– Обращайтесь, – милостиво позволила Никодима.

Уф, отпустило… Теперь можно жить дальше. Хотя бы на то время, пока у этой парочки медовый месяц. Мне пора вернуться к серьезным книгам и героям с высокими моральными убеждениями. И к своей собственной жизни, между прочим! Полкниги на розовые сопли – это выше моего терпения! Но, согласитесь, весело ведь?

Подожди! Ты что натворила? Ты же их поженила в середине книги! Так нельзя!

Почему нельзя?

Потому что в женских романах герои должны проходить через препятствия.

На свадьбах невест воруют, или появляется кто-то в последнюю минуту, чтобы сообщить, что ничего у них не выйдет по разным малопродуманным причинам!

Да? Ну, мне-то откуда это знать, я же такие романы не читаю. Попыталась, конечно, купила книжечку… Но как-то неудачно: там такой плохой слог, что у меня аж аритмия началась – дышать же невозможно от такого текста.

Я бы некоторые книги запрещала как вредные для здоровья. В общем, не знаю я, как там по правилам положено.

А спросить – не судьба?

Да о чем тут спрашивать? Свадьба для этих героев – совершенно закономерное явление. Ну, смотри: Олеф – собственник и явно боится потерять Никодиму. Никодиме в целом просто все равно, ей это мероприятие не более чем прикольно.

Геля – жаждет соединять влюбленные сердца, и попробуй ее останови! Кстати. Какие у них могут быть препятствия? Кто в здравом уме попытается встать на пути у этой троицы?

И отдельный вопрос: зачем я разговариваю сама с собой на страницах книги? Мало тут странностей?

Отвечаю: да странности-то еще и не начинались…

История 3

Когда муж приходит на работу

Высокий мужчина в джинсах и красной кашемировой водолазке открыл дверь, на которой было написано «Двери» и сбоку мелом уже почти стертое число: 67.

– Дорогая, это я.

Салон представлял собой просторную комнату с огромным окном во всю стену и множеством дверей, которые, словно гигантские книги пачками были расставлены по всему салону.

У окна в удобном кресле сидела женщина примечательной наружности: ее волосы были выкрашены цветными прядями: белые чередовались с бордовыми и изумрудными. На ее футболке значилась надпись: «А ведь кто-то влюблен в твою тень».