Домик в Ницце. Сборник рассказов

Эта женщина совершала в своей жизни поступки, которые сегодня осуждаются многими: поехала по комсомольской путевке строить светлое будущее, родила без мужа дочь, давала в долг деньги, ела некошерное сало, вышла замуж на нищего мужчину, пыталась заработать распространяя пищевые добавки. Не сбылись надежды, не накопила имущества, не обзавелась влиятельными связями. Но не запачкалась ее душа, не пристала к ней грязь.Сохранила она нрав свой: добрый и сострадательный.

Я смотрела ей вслед и поняла вдруг, что она и есть тот самый «праведник, без которого, по пословице, не стоит село.

Ни город. Ни вся земля наша». А.Солженицын «Матренин двор».

Гиюр – Принятие иудаизма для неевреев по рождению.

Хупа – религиозный свадебный обряд.

Война

«Люди поняли, как ужасна война.

Хорошо, что мы всегда будем жить в мире»

Из моего школьного сочинения в 5 классе.

Почему-то плохие вести настигают меня всегда на работе. Именно в солнечный веселый день, когда финансовые дела идут в гору, и на горизонте брезжит мираж успеха.

Так было в день взрыва в Хайфе проклятого 37 автобуса. Так случилось и 12 июля.

Всю дорогу в машине играл магнитофон. Я вместе с Лаймой Вайкуле пела о любви. Потом на фирме оформляла заказ. На редкость хороший.

– Как дела, Наталья – спросил вышедший из кабинета менеджер.

– Отлично, – ответила я единственно возможным в нашей фирме ответом. И традиционно подарила ему американскую улыбку. Менеджер посмотрел на меня, как смотрят на психически неполноценных, с удивлением и жалостью.

Хотел что-то сказать, но передумал. Ушел в кабинет.

– Завидует, -подумала я. – Мужчинам не нравится успех женщин.

Через несколько минут позвонил мобильный. Высветился номер старшего

сына-солдата . В такое время он обычно не звонит. Соскучился?

– Мама, у меня все хорошо, – быстро проговорил сын. В трубке слышались шум и разговоры.

– Отлично, – ответила я.

После паузы сын спросил:

– Ты что, ничего не знаешь? Война с Ливаном.

Есть убитые, бомбят Север.

Я ошарашенно молчала. Надо было что-то сказать. Что?

– Мама, я больше говорить не могу. Слушай радио, – прокричал сын, и связь оборвалась.

Война с Ливаном. Где-то я уже об этом читала. Да, точно, была такая война. Но почему он говорит мне об этом сейчас? Послышалось? Не так поняла?

Прислушалась к разговору секретарш. Иврит – враг мой. Восемь убитых или раненных? И еще двое. Непонятно, что с ними.