Последнее безбашенное лето

 – Но не сегодня!

– Договорились! – Я поднялся со стула. – До завтра.

– Посмотрим, – повторила Ирина Сергеевна.

Тут раздался хлопок входной двери, и по лицу Ирины Сергеевны пробежала едва заметная тень. А через несколько мгновений на кухне появился отец Светланы. И я снова присел.

Огромный мужик в красном спортивном костюме заполнил собой все пространство. Света подскочила и, подпрыгнув, чмокнула его в щеку.

– У нас гости! – радостно сообщила она, забирая у него пакет с покупками.

– Вижу, – мрачно ответил он, не сводя с меня пристального взгляда из-под нахмуренных бровей.

 – Кто такой? Чего надо?

– Саша, мальчика Гера покусала! – выступила Ирина Сергеевна.

– Хм, – мужик оперся руками о стол, навис надо мной и едва не свернул всю посуду. – Собаку доставал?

– Папа, Гера лаз к соседям выкопала, а Гера ее обратно привел! – воскликнула Света.

– Кто кого привел?! Не понял.

– Ну да, – хихикнула девчонка, раскладывая продукты по полкам огромного встроенного холодильника.

– Мальчика Герман зовут, вот такое нелепое совпадение, – снова выступила Ирина Сергеевна.

 – Ужинать будешь? Разогрею.

– Угу, только гостя провожу, – Светин отец чуть посторонился, сделав рукой приглашающий на выход жест.

И я тут же догадался, что для меня. Не стал возражать, молча поднялся со стула и протиснулся, как мимо могучей скалы. Стало ясно: договариваться с этим мужиком не сто?ит. Такого надо сначала измотать, а потом валить нокаутом.

Нарочно припадая на раненую ногу, я поплелся на выход.

Мужик – за мной. В прихожей я присел, чтобы зашнуровать кроссовку, а он неотвратимо, как выпускные экзамены, довлел надо мной. Стоял, как грозный страж крепости. И смотрел сверху вниз из-под насупленных бровей.

– Значит так, – сквозь зубы процедил он, когда я поднялся, – сюда, чтоб ни ногой! И к Светке, чтоб за километр не подходил! Понятно?!

– Понятно.

Он наступал, я пятился и через мгновение оказался на крыльце. Дверь захлопнулась, а Светкин отец, прихватив за плечо, потащил меня к воротам.

Собака на цепи зашлась лаем.

– Еще раз увижу тебя за этим забором, пеняй на себя! Понял?!

Он рывком распахнул металлическую калитку и толкнул меня в проем. И свой ответ «понял» я уже говорил глухому железному забору.

Этот странный, агрессивный мужик и не догадывался, что нелепым требованием обходить его дочь стороной лишь вызвал во мне жгучий спортивный интерес. А к жестким спаррингам я привык с детства, с тех пор, как профессионально занялся боксом.