Сказка о Девочке с изумрудными волосами

– Нет, ты не моя подружка! Моя подружка умерла давным-давно. Ее похитила ты, ведьма, а потом приняла ее облик и обманула нас всех, но больше тебе это не удастся. Тебе мало того, что случилось? Ее родные умерли от горя, потеряв единственную дочь. В лесу больше не поют птицы, не рычат звери, в болоте не квакают лягушки. А знаешь почему? Не осталось никого, кто любил нашу девочку. Слышишь? Никого. И раз ты пришла, я хочу спросить тебя. Почему ты оставила меня жить на этой земле? Ты, проклятая ведьма, оставила меня мучиться в одиночестве? Ведь я любил свою девочку больше всего на свете! Уничтожь и меня! Убей! Пришли ко мне своих проклятых вестников смерти, черных дружков! Меня ведь тоже больше нет! Есть только перья, есть крылья, чтобы летать над твоим замком и проклинать тебя каждый день!

– Милый мой филин, я не ведьма, я твоя подружка, поверь мне! Я была в плену у колдуньи очень долго и знаю, что она, приняв мой облик, приходила сюда, но потом, вернувшись, почему-то отпустила меня.

Посмотри в мои глаза. Ведь именно по глазам ты понял, что она – фальшивка!

– Никому еще не удавалось спастись от нее, я не верю тебе. Сама отпустила? Не ври.

С этими словами филин повернул голову в сторону девочки, но, встретившись с ней взглядом, чуть не упал с ветки.

– Не может быть, но это и правда, ты!

– Да я это! И расскажу тебе обо всех своих приключениях, но сначала объясни, что произошло здесь?

– Я уже объяснил тебе. Все жили надеждой, что когда-нибудь откроется дверь и ты войдешь. Возвратишь нам радость и смех.

Птицы ждали, что ты еще споешь с ними, лягушки – что будешь прыгать с ними по кочкам. Пролетая каждую ночь над замком проклятой ведьмы, я плакал…

А потом пришла она. И все приняли ее за тебя. Я вначале тоже. Но однажды увидел, как она прошла мимо плачущего в траве бельчонка, выпавшего из своего домика, переступила, даже не посмотрев под ноги. И вот тогда я стал присматриваться и однажды, встретившись с ней взглядом, как сейчас с тобой, все понял. Умолял ее оставить тебе жизнь, отпустить домой.

А если ей была нужна чья-нибудь жизнь, то предложил забрать мою. Но нет! Она была в ярости, в бешенстве от того, что все открылось. И исчезла так же внезапно, как и появилась. У нас пропала последняя надежда увидеть тебя хоть когда-нибудь. Родные твои исчезли, не в силах пережить горе. Потом перестали петь птицы в лесу. И однажды утром наступила абсолютная тишина. Никого не осталось. Никого. Только я. Но я больше не могу. Не хочу.