Прикосновение ангела

Но меня отрезвили победные крики, известившие о том, что король ушел, – говорила девушка непослушными губами, – Толпа подхватила меня и вскоре, мы оказались во дворе Тюильри. Несколько мужчин схватили двух часовых-швейцарцев и, под общий гогот обезоружили их.

Увидев, в какой ситуации, находятся товарищи, охрана дала залп. Это послужило началу всеобщего побоища. Швейцарцы стреляли, пока не кончились патроны. Они погибли.

Мне казалось, что люди обезумели. Кровь лилась потоками в покоях дворца и потайных комнатах.

Я слышала, что, ворвавшись в кухни, безумцы схватили несчастного поваренка. Ребенок плакал, молил о пощаде. Но….. Они сварили его», – девушка замолчала и Мари увидела, что по ее щекам текут слезы. Ленорман облегченно вздохнула, стресс от пережитого стал выходить со слезами.

«В погребах, на толстом слое разбитых бутылок валялись пьяные победители, – шептала Кати, – вперемежку с трупами. Захлебываясь от восторга, люди плясали на крови. Санкюлотки жарили в ящиках для угля, оторванные конечности убитых швейцарцев.

Все вокруг мародерствовали, то, что не могли унести с собой, они крушили.

Я пробиралась через окровавленные изуродованные труппы. Тучи мух кружили над ними, ползая по вылезшим из орбит глазам и распоротым кишкам».

Девушка вскочила и выбежала в коридор. Мари слышала, что ее тошнит. От рассказа бежал мороз по коже. Не дай Бог, увидеть такое. Мари приготовила травяной успокоительный чай, и Кати вскоре уснула.

Лишь спустя 2 дня замок был приведен в порядок.

Трупы отвезли для погребения на участок, который Коммуна приобрела у бывшего монастыря Вилль-Эвек.

Новое кладбище было названо кладбищем Магдалены, по имени церкви, находящейся поблизости.

«Началось!» – произнесла Мари, глядя вслед телеге с труппами швейцарцев. Все чаще к ней стали приходить обреченные.

Вслед за восстанием 10 августа, началось наступление прусско-австрийских войск. Появились новые слухи о заговорах и предательствах в тылу.

Поражения на фронтах, острая нехватка продовольствия вызывали нарастающее недовольство жителей.

Надо было кого-то обвинить в несчастьях. Жертвами стали священники и роялисты. Их заключали в бывшую тюрьму аббатства Сен-Жермен-де-Пре.

Которая была переполнена родственниками эмигрантов, священниками, журналистами, аристократами. Узниками были заняты все помещения каземата.

Мари казалось, что в этой тревожной обстановке, большинство людей перестало существовать поодиночке.