Ожог от северного сияния

А вот Тина вырубилась сразу, лишь только щека коснулась подушки. За девичью честь не переживала, по всему видно, что мужа она по женской части не особенно-то интересовала. Ничего, переживет, у нее скоро появятся кафе, квартира и финансовая независимость. И еще муж вручил ей в качестве свадебного подарка сертификат на онлайн курсы по ведению ресторанного бизнеса. От кучи нулей в его стоимости у Тины зарябило в глазах, от имен ведущих преподавателей (все известные столичные рестораторы) подкосились ноги.

– Начнешь пока так, – сказал Антон, протягивая конверт.

 – Потом на стажировку поедешь в Европу, как раз два года пройдет. Нашему браку каюк: не сошлись характерами, ну или типа того. Расставание, депрессия. Ты же впадешь в депрессию после нашего развода, а, жена? Шутка, Тин, чего ты так занервничала?

Шуточки у Карельского были специфическими, не знаешь, что и отвечать.

Антон загнал машину на паром и выбрался из кабины. Застыл, скрестив руки на груди, и уставился на чайку, дрейфующую на ленивых серых волнах.

Птица красивая, но не двадцать же минут ее изучать, хоть бы слово сказал. Тина чувствовала себя невидимкой.

– Тооош, ты, что ли?! – Темноволосая девица в обтягивающих кожаных штанах бесцеремонно похлопала Антона по плечу. – Ни фига се, какие люди!

Он обернулся, растерянно взглянул на нахалку. А потом взял и улыбнулся. Жене законной, значит, ни пол-улыбочки за все утро. Ни когда кофе вместе пили на ее будущей кухне в стиле хай-тек, ни когда на причал тащились в пробке под заунывную музыку.

А этой, нагловатой коротышке, – во все тридцать два зуба моментально осклабился.

Тина прислушалась, ничегошеньки непонятно по обрывкам фраз. Прогуливаясь по палубе и любуясь живописными берегами, она подкралась поближе. Вот это да! – по всему выходило, что эти двое неплохо знали друг друга. И темненькая имела на Антона какие-то виды.

– …Ты тоже изменилась. Еще красивей стала.

– Ха! Локти кусаешь, Тошик? Кусай-кусай, что такую невесту упустил.

– Ну…

Ответ Антона ветерок уволок за борт, Тина даже шею вытянула в их сторону, все равно ни слова не разобрала.

– А помнишь, мы влезли в батину лодку и в море рванули? И песенку орали: «Щука, щука, щука-кит, щука правду говорит»? А лодка дырявая оказалась, чуть не потопли! Твой дед за нами на моторке приплыл и спас. Потом так пропесочил, до сих пор помню. Кстати, как он?

– Жив-здоров. Вот за лесопилкой отправил присмотреть.

– Значит, ты по делам. А я вот бабку проведать.