Ожог от северного сияния

Ее взгляд выдавал глубочайшее потрясение: «Офигееееть! Женился! Карельский и эта… Да не! Где только откопал?.. Хотя имя у нее какое-то чуднОе, не наше. Тина какая-то, точняк иностранка! Видок, правда, затрапезный. Так они все там с дурью…»

Ну и пусть, подбородок Тины упрямо взлетел вверх. За помощью Антон обратился именно к ней, а не вот к этой… подруге детства.

Бледный зеленовато-красный всполох окрасил небосвод, как будто чародей брызнул искрами из волшебной палочки. А потом все разом исчезло. Тина потерла глаза руками, чего только от усталости не привидится.

– Что-то рано в этом году, середина осени только, – Антон придерживал руль и всматривался в небо над лесом.

– Бабка говорила, что как-то и летом полыхало. В августе, что ль… Слышал? Народ повадился ездить, наше сияние смотрят. У местных жилье снимает. Прикинь, даже китайцы припираются. – Ульяна наконец-то перестала прожигать в Тине дыру и тоже взглянула на небо.

Вдруг Антон чертыхнулся, и машина резко затормозила. Тина точно об лобовое стукнулась, если бы не ремень безопасности.

А так «отделалась испугом», не сказать, чтобы легким. Могли запросто человека сбить – перед капотом стоял мужчина с фотоаппаратом в руках и растерянно озирался. Откуда он взялся? Тина с интересом разглядывала хвойные стены, обрамляющие с двух сторон грунтовую дорогу, – ни живой души вокруг, только чириканье доносилось из чащи. А потом дорожка запетляла, да все отвлеклись на северное сияние, не заметили, когда из леса выбрался фотограф.

Первой пришла в себя Ульяна, она опустила окно и истошно заорала:

– Придурок! Тебе что, жить надоело? Че под колеса бросаешься?

– Ребят, извините.

По сосновому бору гулял и вроде вдоль грунтовки держался, а заблудился как-то. Целый час туда-сюда, и ни в какую… – устало заметил незнакомец. Гладко зачесанные волосы, глубоко посаженные глаза и ястребиный нос усиливали сходство с птицей.

– А, так это Щур водил, – со знанием дела заметила Ульяна, рассматривая его брендовую куртку и дорогую технику.

 – Чужих так-то не любит.

– Щур? – удивился фотограф.

– Типа хозяин острова. Гостинец нужно поднести, задобрить. Не знал, что ль?

– Не, первый раз слышу. Неделю как приехал, окрестности изучаю, – он потряс фотиком. – Только на дорогу выбрался (дорога-то точно к людям выведет), глазам не поверил: северное сияние. Да быть такого не может! Камеру быстрей доставать. Не успел, погасло.

– Турист, значит, к нам пожаловал. – В голосе Ульяны послышался интерес.