Изменить/оставить

Бутерброд был доеден, переписка с Колей окончена, часы показывали половину одиннадцатого. Полная сил Аля настроилась на уборку. Она не сомневалась, что утро начнётся с Колиного прихода. Мозг упорно не хотел брать в расчёт, что Коля, получив сообщение, будет спокойно спать всю ночь, не имея причин для утреннего беспокойства. Снова и снова Аля убеждалась, как зависит от чужого мнения. Даже убрать джинсы в шкаф она готова ради того, чтоб не прослыть неряхой. Что же будет её мотивировать, если она научится абстрагироваться от чужого мнения?

К трём часам ночи Аля снова устала.

Устала от перекладывания вещей, от заталкивания белья в стиральную машинку, от таскания мокрых вещей на балкон для развешивания на сложно устроенной поднимающейся конструкции. Одновременное мытьё пола, посуды и унитаза тоже отняло прилично сил, так что, вымотанная домашними хлопотами, она легко уснула во второй раз.

13

Апрельское солнце ощутимо грело, когда Аля вышла из дома. Но прямо перед парадной её ждал сюрприз: навстречу из машины вылез парень в спортивном костюме с характерными тремя полосками по периметру, в ярко-красной кепке с неразборчивой надписью и в розовых кроссовках.

– Привет, Александра! – довольно развязно проговорил он. – Повезло тебе, я уже почти ушёл. Жду тебя уже избитый час.

– Битый, – машинально поправила Аля.

– Кто битый?

– Час битый. А не избитый.

– Молодец, заметила. Внимательная, значит. Мне нравится.

Он широко улыбнулся и, к Алиному удивлению, улыбка в буквальном смысле озарила его лицо.

Аля часто встречала это словосочетание в книгах и никогда не могла понять, что за озарение такое может наступить на лице. Приготовившаяся не тратить время на не сильно интеллектуальную беседу с незнакомцем, Аля замедлилась и пригляделась внимательнее.

– Алик? – неуверенно уточнила она, когда образ из зеркальца заднего вида всплыл в её памяти.

– Он самый. Но для Александры лучше подойдёт Альберт, – ещё шире улыбнулся он.

«Для Александры, может, и подойдёт, а для такого прикида Алик – самое то», – подумала Аля, но вслух ничего не сказала, ожидая, как развернутся события дальше.

Сын директрисы приподнял кепку, почесал голову, надел кепку обратно, проверив, ровно ли она сидит относительно крупного носа, и сказал:

– Давай подвезу тебя.

– Ты меня ждёшь столько времени, чтобы подвезти? – уточнила Аля.

– Мама не дала твой телефон. А ты мне понравилась. Вот и жду.

Аля растерялась.