Тариф на счастье

Он гладил пальцем двух маленьких нарисованных мальчиков и понимал, что его жизнь сейчас наконец-то обретает смысл.

Следующим утром Сашка спросил у Алены:

– Вчера… это был отец близнецов?

– Нет, это его лучший друг, думаю, что их отец очень скоро тоже объявится.

– Ты ведь не хочешь этого? – попытался он заглянуть ей в глаза.

– Лично я? Не хочу. Но мальчикам нужен отец, и я буду рада, если он примет участие в их воспитании.

Алена стояла у плиты, готовила обед, и ее трясло. Ее колотило так, что она еле держала ложку в руках.

Сын заметил это, понимающе кивнул и тихо сказал:

– Сегодня твой самый нелюбимый день в году…

– Проведем его дома? Сейчас доварю кашу и пойдем в детскую. Там будем сидеть, играть, читать книги, потом пообедаем и так тихонечко встретим Новый год, хорошо?

– Конечно!

На самом деле Алену колотило от страха, что сейчас зайдет Дима, бесцеремонно заберет ее детей и уйдет с ними. И она ничего не сможет поделать.

Она не спала всю ночь: рыдала, думала о том, что он нашел ее и узнал про детей.

И поэтому сначала послал Давида, чтобы он разведал обстановку.

Алена была абсолютно уверена, что Дима знает о ней все до мелочей, ведь Давид пришел с двумя подарками для близнецов и еще одним для Сашки. Дима знает, где она живет и с кем, а также чем занимается. И сделает все, что захочет: например, заберет сыновей, и она больше их никогда не увидит.

Она думала всю ночь, что же ей делать. Были разные идеи. Например, схватить сыновей в охапку и убежать.

Но куда? Если бы еще Сашка был не в инвалидном кресле. А так, ну где им спрятаться? У нее была мысль уехать на поезде в какую-нибудь сибирскую деревню, там найти домик и отсидеться. Деньги у нее были, она откладывала на операцию Сашке, так что год они как-то смогут прожить. Но Алена была уверена, что если Дима все узнал о ней, то наверняка ведет слежку, и сейчас она даже выйти из подъезда не сможет.

К утру она поняла, что ее проблему можно решить только мирным путем. Она будет валяться у него в ногах и умолять оставить детей с ней.

Она пойдет на любые его условия, только бы он не забирал сыновей. Тут была хоть какая-то надежда, ведь детям нужна мать и у Димы не железное сердце. Хотя… она вспоминала, как он ее насиловал, и опять начинала рыдать, понимая, что все только в его власти и она ничего сделать не сможет.

Алена выключила плиту и ушла в детскую, откуда ее уже звали мальчики: они просили опробовать новую настольную игру.