Ярость одиночества. Два детектива под одной обложкой

 – Сколько людей безвинно по тюрьмам шаляются? Я тут прямо перед твоим приходом решила в отставку податься. Уговаривала себя, что пришло время успокоиться и всем всё простить. А как простить после этого? – Долженко опять потрясла папкой и с силой шмякнула её на стол. – Хорошо, пацан, что ты сейчас зашёл. Простить, вероятно, не получится. Пусть бог прощает, я погожу! Пахать придётся до берёзки… – Галина Николаевна откинулась на спинку офисного кресла, громко подышала и изрекла: – Никакой это, майор, не несчастный случай, а убийство в чистом виде.

Едрит твою картошка! И убили её ещё до того, как она в реку упала.

Роман неохотно поднялся с удобного кресла и нехотя поплёлся к стулу, на ходу пробубнив:

– Отравили, что ли? Яда в организме не нашли!

– Нет, Роман Валерьевич, её камнем по голове убили. Причём сделал это тот, кого она хорошо знала. Она для него стекло на дверце своей машины опустила…

Роман недоверчиво хмыкнул:

– Давай, Галина Николаевна, с этого места поподробнее…

– Нет, майор, начнём мы с тобой не с этого места, а с самого 1977 года.

Ты историю родного города знаешь?

Долженко уловила растерянность в лице Васенко и в сердцах стукнула ладонью по столешнице, поморщилась:

– Растим Иванов, родства не помнящих! Куда катимся? Едрит твою картошка!

– Галина Николаевна! – взмолился Васенко. – Зато я знаю, что Иван Грозный своего сына не убивал, и могу перечислить свод законов Хаммурапи[6 - Кодекс Хаммурапи – законодательный свод старовавилонского периода.

].

Долженко внимательно посмотрела на майора, вынула из ящика стола пачку сигарет, закурила.

– Тебе не предлагаю. У себя в кабинете дымить будешь. Так вот… Это хорошо, что ты знаешь свод законов Вавилонской династии. Давай про родной город повспоминаем. Сартов испокон веков купеческий городище. Улицы в нём мостили булыжником. Природным камнем. Клался тот камень на песчаную подушку, сносу ему не было. В семидесятых одному вороватому партийному деятелю захотелось таким камнем себе дворик замостить, и понеслось! Последней улицу Астраханскую в 77-м году разобрали и хреновым асфальтом закатали.

Насколько я помню, разбирали её солдатики-стройбатовцы, а высокие чины из обкомов по своим дворам растаскивали. Вот таким булыжником Елену Строганову и убили.

– Как?! – против воли подался вперёд Васенко. – Она в машине была одна! Доказано.

– Одна! – подтвердила Долженко. – За ней следили. Кто? Ваше дело разбираться. Я только предполагаю, что следили.