Ярость одиночества. Два детектива под одной обложкой

Только тебя выгораживала и прощала…

Исайчев вернулся к дивану, медленно, будто нехотя, вынул из лежащей на нём папки лист бумаги и, обернувшись, протянул его хозяину кабинета:

– Это экспертное заключение о причинах гибели Кобзарь Светланы Андреевны, почитайте…

Константин читал заключение, серея лицом. Закончив, умоляюще посмотрел на Исайчева:

– Что это?

– Это статья 110 УК РФ «Доведение до самоубийства». – Михаил быстро, без пауз выставлял частокол вопросов: – Вы истязали её? За что? В какой стране проходили лечение? Диагноз? Фамилия ведущего врача? Почему кремировали тело? Вы были в Австралии? Отвечайте!

Тодуа отбросил от себя листок и процедил сквозь зубы:

– Убирайся отсюда вон! Вызывай на допрос в контору…

Михаил взял со стола заключение эксперта, аккуратно положил в папку и извлёк из неё следующие два листа, бухнул их перед Тодуа:

– Распишись здесь и здесь.

– Что это?

– Подписка о невыезде и повестка. Вызову вас, Константин Андреевич, когда потребуетесь.

– Уточните! У меня работа! – недовольно выкрикнул Тодуа.

– Когда потребуетесь, – процедил слова Исайчев неторопливо и спокойно. – Работу придётся планировать как-то иначе. Командировки отменяются. Уверен, в вашей фирме незаменимых нет.

– Есть! Я! – взорвался Константин.

– Постарайтесь не опаздывать. – Исайчев положил в папку подписанные Тодуа бумаги. – Не люблю ждать! Не явитесь – арестую на семьдесят два часа.

Михаил пошёл на выход. Покидая кабинет, звонко грохнул дверью.

Стук заставил Тодуа вздрогнуть.

«А вот это нехорошо-о… а вот это полный ебздец! – Константин лихорадочно растирал мгновенно заледеневший подбородок. – Как же я жёнку проглядел? Думал, варится норушка в своей кастрюле, а она вона – мышиную мордочку в форточку вытаскивала. Горничная! Горничная! Зелень подкильная! Наверняка все кости мне перемыла с такими же, как она, чувырлами…»

19

Васенко наблюдал, как Исайчев, стоя у его стола, покачивается с пятки на носок, погрызывает кончик карандаша.

– Ты голодный, что ли, Михал Юрич? – усмехнувшись, спросил Роман, стараясь прервать затянувшуюся паузу.

Исайчев пропустил вопрос, бросил на майора отстранённый взгляд и сказал, подведя итог собственным мыслям:

– Иванников Светлану Кобзарь не убивал.

– Думаешь кто?

– Думаю, муж. Надоела она ему, обрыдла…

– Ты разделяешь самоубийство Светланы и девчонок окончательно? Уверен?

– Да, их истории сложились из других обстоятельств.