Мой хулиган

Передумала, – пожимаю плечами, глядя в горящие от недовольства глаза Максима.

Неожиданно из-за его головы появляются две ладони с длинными ногтями, выкрашенными в ядовито-голубой цвет. И эти ладони ложатся прямо на глаза Ольховского, прикрывая их.

– Максик, – тут же слышится позади него приторный девичий голос, – угадай кто?

На секунду Ольховский замирает, потом кладет свои огромные ладони поверх чужих ладоней у себя на глазах и ощупывает их.

– Вика? – спрашивает он.

– Не угадал. – Голос из-за спины жеманно хихикает.

– Ника?

– Нет.

– Лена?

– Неправильно.

Я ошарашенно смотрю на эту угадайку. То есть кому-то совершенно нормально вести себя вот так: просто перечислять женские имена посреди коридора, когда на тебя накинулись сзади и закрыли глаза? Интересно, он всех лиц женского пола в университете сейчас перечислять будет?

– Так, все. – Ольховский наконец недовольно фыркает, оттягивая от своего лица пальцы с голубыми маникюром. – Мне сейчас вообще некогда.

Тут же из-за его спины выплывает миниатюрная блондинка.

– Максик, ну ты чего? Это же я, – хлопает она большими глазами с черными стрелками.

Ольховский разочарованно вздыхает:

– А, Эля. Слушай, давай потом, – и бросает многозначительный взгляд на меня.

Я сразу же делаю крохотный инстинктивный шаг назад. Вот дуреха! Я могла бы уже давно сбежать от Ольховского, а не стоять развесив уши.

– Ну когда потом? Ты неделю уже не звонишь! – Блондинка морщит нос. – Я соскучилась.

– Ага, я тоже, – небрежно произносит Ольховский, даже не глядя на эту Элю.

Он смотрит на меня, как хищник на добычу, которая вот-вот готова обратиться в бегство, – пристально и с прищуром. А я действительно собираюсь скрыться. И это нужно сделать сейчас, пока его внимание пытается привлечь эта блондинка. Она встала прямо перед ним, демонстративно уткнув руки в бока.

– Знаешь, Макс, мы так не договаривались! – Эля повышает голос, тем самым заставляя Ольховского все-таки взглянуть на нее. – Я жду тебя сегодня!

Я осторожно пячусь в сторону дверей аудитории в конце коридора.

– Эль… – закатывает глаза Ольховский, делая шаг в сторону.

Но блондинка отступать не собирается. Она зеркалит его движение, преграждая собой путь.

– Максим Ольховский! Ты козлина! Сволочь! – раздается громкий женский возглас с другого конца коридора.

Ольховский сразу же оборачивается на зов, а из-за его спины я вижу быстро приближающуюся еще одну блондинку.