Цветок Фантоса. Романс для княгини

– А потом?

– Потом… Потом я позабочусь о ней, если вернусь, – пообещал Тали. От того, каким беспечным тоном это было сказано, Радх не сразу сообразил, что означает это «если».

– А если нет? – спросил он.

– Если нет, тогда найдёшь Анну, мою сестру, и скажешь, что позаботиться о девочке – мой приказ. Пусть, кстати, позаботится и о Розе.

Несколько минут они шли молча.

– Да, вот ещё что, – прервал молчание Тали. – Как только заберёшь Яшку, уезжай, не оглядываясь. Иначе потеряешь сердце.

Радх мысленно усмехнулся, не приняв угрозу всерьёз. Но отвечать не стал, тем более, что они вышли, наконец, на луг.

– Хайее! – крикнул он.

– Хайее, дядя Радх, – донёсся из темноты мальчишеский басок.

– Отпусти Ветра, Линх, – велел Радх, узнав по голосу одного из своих племянников.

– Сейчас!

Огромный чёрный жеребец радостным ржанием приветствовал хозяина.

– Хорош, – отметил Тали, глядя как Радх потчует любимца кусочком сахара.

– А ты? – спросил Радх, уже прикидывая, как Ветер понесёт двух всадников.

– Подожди, – усмехнулся юноша. – Только распрощаемся с пастушком. И верно, едва мальчишеская фигурка растаяла в ночи, как Тали свистнул. Свистнул негромко, как-то даже несерьёзно. Но в ответ раздалось такое же негромкое ржание, и к ним подбежала взявшаяся непонятно откуда невзрачная серая кобылка. Радх мог поклясться, что в томальском табуне таких лошадей быть не может.

– Луночка моя, – в голосе Тали прозвучала такая нежность, какой томалэ никак не ожидал услышать от столичного красавца.

А ещё он никак не ожидал, что Ветер запляшет, затанцует перед кобылкой, словно перед лучшей из кобыл своего табуна. Юноша тем временем провёл рукой по серой, почти седой гриве своей лошадки, по её серой морде, и Радх невольно залюбовался его тонкими изящными пальцами.

Но за этим изяществом не было ни слабости, ни хрупкости. Одним неуловимым движением Тали взлетел в седло, приказав Радху:

– Догоняй.

И догнать оказалось непросто.

Лепесток 3

Яшка, проснувшись, открыла глаза, и тут же снова закрыла. Мгновение спустя осторожно открыла снова, но звёзды над головой не исчезли. Девочка, вглядевшись, узнала и оскаленную пасть Волка, и острые рога Оленя, и Великого Змея, тянущегося через всё небо за пузатой Луной. Лунный свет заливал полянку, поросшую льнущими к земле кустиками лазурики.