Новый дом и муж в придачу

И я никогда их не считала! И теперь неизвестно, сколько магомарок осталось на моем счете…

– Паша? – насторожился Алес, – что случилось?

А что делать? Пришлось признаваться:

– Алес… я… в общем, я хорошо потратилась за неделю. И не уверена, что на моем счету много денег, – вздохнула я.

Алес побледнел еще больше. Достал из кармана домашних брюк планшет и приложил запястье, активировав данные. Всмотрелся в темную поверхность и зашипел, выпуская воздух из легких сквозь сжатые зубы.

– Две тысячи магомарок?! Две тысячи?! Ты за неделю умудрилась спустить почти тридцать тысяч?! Как?! Куда?!

Я вздохнула и, доковылял до шкафа, открыла дверцы, демонстрируя огромное количество одежды.

Какая-то так и стояла в пакетах. Я ее даже не достала. А это он еще не видел, я почесала кончик носа, ящики с бельем и обувью… Мужчинам никогда не понять, какую радость женщинам приносит покупки.

– Но, Алес! – возмущенно завопила я, вспомнив, что лучшая защита это нападение, – я не виновата! Мне Ирка сказала, что мои родители богачи, и на моих счетах куча денег! И можно не думать ни о чем и тратить в свое удовольствие! Я и тратила! Откуда же я знала, что там какие-то жалкие тридцать тысяч!

Алес молча, с нечитаемым лицом смотрел на меня, и я даже не знала, достигают ли мои слова его ушей.

И невольно наращивала громкость.

Я ведь в самом деле не виновата! Это всего лишь небольшое недоразумение.

– А мне бургомистр сказал, – тихо заметил Алес, – что брукса спокойная, скромная и домашняя девочка, которая живет тихо и уединенно и за всю свою жизнь ни разу не покидала территории дома…

– Он соврал, – буркнула я, – просто у меня не было возможности выходить в город.

– Что ж, – Алес встал с потели, – прекрасно. Значит у тебя ее больше не будет. – Он достал планшет и, приложив запястье, куда-то потыкал. И пояснил, – я лишаю тебя доступа к денежным счетам. Теперь ты не сможешь оплатить даже такси. И если не хочешь снова попасть в полицию, то лучше сиди дома.

Он ушел, сердито хлопнув дверью, а я осталась одна.

Мне было обидно. Я же в самом деле не виновата! Ирка же мне сказала, что денег много. А теперь этот мужлан забрал у меня все! И хотя я понимала, что Алес прав. Я вела себя, как малолетняя дуреха, не знающая цену деньгам. Но, с другой стороны… мне же восемнадцать лет! Когда же совершать ошибки, наслаждаясь жизнью, если не прямо сейчас. В девяносто три года у меня не будет сил даже дойти до подъездной дороги… И я это прекрасно помню.