И она ушла…

 – К сожалению, моя бедная сестра переживает сейчас острый душевный кризис, но мы боремся с этим и благодарны каждому неравнодушному. Кстати, спасибо за лекарство! – с чувством произнёс он, перехватывая из корзины бутылку вина, пока Таша расписывалась в получении.

– Там вложена записка, – зачем-то вставил свое замечание курьер.

Таша решила промолчать, утвердительно мотнув головой, и снова пожалела об этом. Её выражение лица настолько испугало молодого человека, что он забыл закрыть рот и глазами, полными ужаса, уставился на Макса.

Тот как всегда не растерялся и, аккуратно подтолкнув сестру в сторону кухни, громко зашептал: – Не обращайте внимания. Вообще-то, мы её обычно стараемся не подпускать близко к людям, но сегодня она вырвалась из комнаты.

Пока парень таким образом провожал курьера, его сестра читала записку: «Женский алкоголизм неизлечим. Поэтому прими как лекарство». Таша закатила глаза до самого мозга, но он отсутствовал.

– Чем будешь потчевать любимого брата? – поинтересовался Макс, заходя на кухню и с любопытством рассматривая содержимое корзины.

– Всё, что найдёшь, все твоё. Ох, и убери, пожалуйста, это подальше от меня! – взмолилась она, указывая на бутылку в его руках.

– Могла бы и не просить, тебе она все равно не достанется. Это перст Провидения! – ответил он, изучая этикетку.

Таша круто подняла одну бровь, поморщилась.

– Это моя награда за то, что я всю ночь держал твои волосы над унитазом, – пояснил брат. – Такого извращения у меня не было ещё ни с одной женщиной.

– Надеюсь, вино подействует на тебя также «благотворно» как и на меня, – съязвила Таша. – И кстати, заканчивай уже со своими шутками. Все бабульки подъезда и так на нас уже косо смотрят.

– По этому поводу можешь даже не переживать. Они меня боготворят. Для них я дипломированный гомеопат.

– Отравить кого-то собираешься? – в испуге спросила девушка.

– Расслабься, старушка! Есть у меня, правда, на примете одна ведьма из соседней квартиры. Можно будет разъехаться… – хитро протянул он, но, поймав её суровый взгляд, тут же исправился: – Да, шучу я, шучу! Мне не нравится этот район.

Таша ушла к себе и легла, стараясь ни о чем не думать. Но что-то её тревожило и она не могла понять что, безуспешно ища в голове то, что люди называли логикой. На долю секунды туман в голове рассеялся и она резко подскочила на кровати, через секунду замерев в ужасе, непонятно чем больше вызванным, головной болью или страшной догадкой.