Большие истории маленького Вовки

Женька не знает ничего. Иначе бы выгнала меня сразу без разговоров. А она перепугалась, раскудахталась как курица. Можно еще поднажать малость, припугнуть и раскошелится, как миленькая. Вон у избушки две машины стоят: черный внедорожник ее мужика (успела, зараза, уже завести) и ОКА в сугробе. В доме комп навороченный. Не хило денежек, видать, привалило. А все прибедняется. Делится, значит, не желает. Сейчас посмотрим, как ты не хочешь делиться.

Было трудно идти по дороге, которая качается как подвесной мост через реку.

И заборчик гнилой совсем. Держусь обеими руками, а он шатается вместе со мной. Едва отцепился от калитки, рухнул в сугроб. Посидел чуток, допил вторую половину из бутылки и пополз до крыльца по тропинке. Так надежнее, а то ветер поднялся, с тропинки сносит. Дополз, стукнул пустой бутылкой в дверь. Получилось звонко, аж эхом отдалось.

– Тебе чего? На коленях извинения просить явился или еще золота просить? – Женя, сведя брови, не добро смотрела на «любимого» бывшего.

Юрка с трудом принял вертикальное положение.

На сколько мог, выпрямился, внимательно посмотрел на Женю, нет, на двух Женек, или на трех?

– Из-з-звините, дайте… дайте мне все мое. – Он жалко хлопал заиндевевшими ресницами, посиневшие губы едва шевелились. Женя посмотрела на побелевшие пальцы, сжимающие бутылку и на полные снега короткие, форсистые ботиночки:

– Замерзнешь ведь, придурок! Иди откуда пришел, и забудь сюда дорогу. Нет у нас ничего. Все, что было, ты уже у нас отнял. Честное слово, нет у меня ни денег, ни золота.

 – Она дернула на себя дверь, но Юрка буквально висел на ручке.

– Врешь, сука! У тебя мужик богатый, в доме компьютер дорогущий, на улице две машины. Делиться не хочешь, все под себя гребешь. Мой дом оттяпала, меня на дворе решила заморозить. Дура! Пусти, щас я с тобой разберусь. – Он ухватился за косяк, и дохнув перегаром, рухнул на крыльцо, едва не разбив лицо о порог.

Женя захлопнула дверь, накрепко заперла засов и ушла. Пусть делает, что хочет, не открою. На часах половина второго ночи.

Легла не раздеваясь, мало ли, что он еще придумает. Хоть бы ушел поскорей, не дай бог ломиться в окна и двери начнет. От шума проснулся Вовка:

– Мама, кто это? – Женя обняла сына.

– Пьяный тип с дурной головой. Вообще-то, это твой отец. Вернее, был твоим папой давным-давно, ты его не помнишь. Он ушел от нас, когда тебе два-три годика было.

– Если он ушел от нас так давно, зачем сейчас пришел? – Вовка сонно пучил глазенки в темноте.