Блондинка в Париже

В ответ он взорвался – словно я бросила спичку в бензобак…

Любовь – это война.

– Мам, неужели опять поругались?

– Есть немножко.

– Да что же вы за люди такие! – возмутилась Натка. – Мама, когда ты начнёшь ценить то, что имеешь? Константинов – козырной туз, подброшенный тебе судьбой!

– Ха! Да мы из-за того и поругались – я объясняла ему, как он мне дорог. Ведь я мечтала поехать в Париж с ним, а вовсе не с Настей! Нет, Настя, нет! – закричала я, увидев боковым зрением, что глаза помощницы наполнились слезами, а пухлые губки поползли вниз к подбородку.

 – Я не это хотела сказать, не начинай, пожалуйста! Боже мой, какие все обидчивые!

***

Всё, что я поручила Насте, она могла бы сделать за полчаса. Всего-то:

– Отправить спецификации на ортопедическое оборудование партнёрам в Гуанчжоу.

– Написать коммерческое предложение по девяти новым заявкам.

– Внести мою правку и отправить Свете (юристу) на проверку два дистрибьютерских договора.

– Распечатать накладные для Тюменского завода мединструментов.

– Подготовить для сайта фотоотчёт о нашем участии в выставке, а текст я сама напишу.

– Заказать перевод на французский язык гигиенических сертификатов и товарно-транспортных накладных для компании в Лионе.

– Заказать воду для кулера.

Всё, больше никаких заданий.

Неужели трудно?

Для сравнения – в моём списке в этот момент было в два раза раз больше позиций, и все они – гораздо масштабнее.

Однако к обеду Настя всё ещё не справилась с заданием. Она слишком долго раскачивается.

Мы арендуем светлую, современную, но очень маленькую комнатушку в бизнес-центре. Если бы Настя сбросила пятьдесят килограммов, офис не казался бы таким крошечным.

Стоп! Я же поклялась в самолёте, что больше не буду попрекать её лишним весом – не хочу уподобляться преследователям бедной девочки Энни…

Мне казалось, Настя легко относится к замечаниям в адрес её фигуры. Да, на мои придирки по поводу плохо сделанной работы она всегда реагировала бурно, обижалась.

А язвительные ремарки насчёт лишнего веса пропускала мимо ушей – мои слова отскакивали, как теннисные мячики, от её пышных упругих боков.

Но теперь, прочитав о страданиях книжной Энни, я задумалась: действительно ли мой яд безобиден? Я же не знаю, что творится у Насти в душе. Как часто мы самонадеянно считаем человека открытой книгой. А в этой книге между строк невидимыми чернилами написано ещё очень многое.

Итак, отныне я буду ласкова с моей бедной толстушкой.