Девушка без недостатков

Он свободно оперировал единицами речи (а в трудовой биографии Лизы встречались клиенты, которым для поддержания связи с внешним миром хватало двух выражений – «конкретно» и «ну, ты понял», остро приправленных нецензурной лексикой). И второе – мальчик сбрендил. То есть спятил. Спрыгнул. Крыша съехала. Башню сорвало. Шалаш сдуло.

– Пользуясь случаем, Руслан, хотела бы обсудить вопросы, касающиеся твоего офиса, – перескочила на безопасную тему Елизавета. Она приняла официальный тон, сделала деловое и озабоченное лицо.

Руслан подавил вздох.

– Да. Раз мы встретились, – повторила Лиза. – Все так удачно складывается.

– Несомненно, – покорно кивнул Руслан. – Давай обсудим. Вопросы.

Кажется, он согласился бы и на лекцию о синтезе гормонов в супраоптическом и паравентрикулярном ядрах гипоталамуса, лишь бы продолжать неторопливую прогулку по Оранжевому бульвару под руку с симпатичной малышкой.

– У меня появилось несколько идей… Сейчас.

Постой.

Лиза порылась в портфеле-планшете и достала пару эскизов.

– Смотри. Как тебе подобная гамма?

Руслан довольно долго молчал, разглядывая картинки. Лиза ждала гневного протеста. Вообще-то она переусердствовала с цветом. Кроваво-красные стены и черный кожаный диван – мрачноватый интерьерчик! Как раз для триллера, где орудует маньяк-убийца. В первые десять минут фильма он убивает на кожаном диване первую жертву, хитроумно используя в качестве орудия убийства зубочистку.

В следующие полчаса зловещие кроваво-красные стены становятся свидетелями еще трех преступлений. И так далее.

Надо признать, эскизы были совершенно сырыми. Не стоило показывать их заказчику. Но ведь Рудницкий имел право спросить, чем занималась Лиза в те дни, что прошли после визита Руслана в «Артиссимо» и заключения договора. Но собирался ли он об этом спрашивать? Вовсе нет.

Он и не вспоминал об офисе. Лиза сама полезла на рожон, стремясь избавить их диалог от неприятного ей тона интимности. И теперь она смотрела на рисунки глазами клиента и тихо ужасалась. В вечерней мгле эскизы выглядели удручающе. Нет, в Лизином воображении рисовался другой интерьер. Стильный, презентабельный. Но ведь Рудницкий не имел Лизиного воображения и не знал, как далеко простирается ее фантазия.