Дилетант

Но у Олеси умерла мама, и Таня, обнимая за плечи несчастную, мокрую от слез подружку, раз и навсегда уяснила: завидовать нельзя. У всех свои радости и свое горе. С того момента она в корне душила любой росток зависти, набрасывалась на него с саперной лопаткой и безжалостно выкорчевывала, напоминая себе, что и ее, Танина, жизнь, независимо от материальной несопоставимости с жизнью Олеси, полна счастья, веселья, любви.

Надо отдать должное Олесе: она искренне страдала, что единственная подруга не спит, в отличие от нее, на шелковых простынях.

Нежная, романтичная, огражденная от реальной жизни усилиями отца и мужа, Олеся немного стыдилась своей буржуйской обеспеченности.

– Молодец, что пришла! – сказала она Тане, открывая дверь. – На улице жарко?

– Довольно жарко. Привет!

Несмотря на близость обеденного времени, Олеся все еще была одета в легкомысленный утренний халатик. На локте у нее висел шестимесячный карапуз рекламной наружности – упитанный, бело-розовый, с круглыми голубыми глазами и светлым пушком на голове.

Тонкой, хрупкой Олесе было явно нелегко его держать.

– Сейчас я руки помою и возьму Валерку, – сказала Таня, бросая в угол свою сумку и направляясь в ванную.

– Хоть совсем забери! – крикнула вдогонку Олеся. – Уже достал маму. Достал, достал, достал! – повторила она, взяв ребенка под мышки и с трудом поднимая его вверх. Младенец радостно улыбался, демонстрируя два крошечных белых зуба – все, что у него было в наличии.

Они устроились на огромной кровати в спальне, подсунув Валерке погремушки.

– Сегодня у нас званый обед. Папа приедет и Игорь. Никитишна уже накрывает стол.

– О, я тогда ни к селу ни к городу приперлась! – заволновалась Таня.

– Почему? – удивилась Олеся. – Пообедаешь с нами. Никитишна наготовила! Слушай, я после родов ем и ем, ем и ем.

– С ребенком устаешь.

– Да я с ним не устаю. – Когда же у меня такой будет? – мечтательно посмотрела на Валерку Таня, поймала его за ногу и подтянула к себе. Ребенок удивленно проехал на пузе полкровати и принялся увлеченно, с хрипотцой, хохотать в ответ на Танины заигрывания.

 – Какой хохотун. Лялька-хохотушка.

– Будет, не переживай, – компетентно заверила Олеся. – Вы когда с Алешей поженились? И двух лет не прошло. Успеете соорудить. У нас с Игорем тоже долго не было. Конечно! С его дикой занятостью и усталостью. Сексом занимаемся реже, чем ездим за границу. Еще придумал себе новую игрушку – выборы. Здорово, правда? Папа – мэр, муж – кандидат в мэры.