Дилетант

– Оля! – возмутилась Ника. – Ты оставишь меня без оператора!

– А вы видели, как он со мной обращается? Я что, какая-нибудь девка? – обиженно спросила Оля.

– У, злючка! – сказал Сергей и скрылся за дверью.

– Он явно к тебе неравнодушен, Оля!

– Ах, Ника Львовна, а вот если бы вы позволяли всем, кто к вам неравнодушен, щипать вас за… За интересные места. Что бы с вами было?

– Действительно, – согласилась Ника. – Ты права. Но все же не будь такой реактивной.

– Ладно… Ника Львовна, а я вас вчера видела!

– Да?

– С таким мужчиной!

– С каким? – явно обеспокоилась Ника.

– С шикарным мужчиной, – продолжала интриговать барбиобразная девица, наблюдая за волнением руководительницы.

– Ах, ну ты ведь знаешь, по долгу службы с кем только не приходится встречаться!

– Нет, Ника Львовна, у вас был совсем нерабочий вид. Вы знаете, знаете, о ком я говорю!

Шлимовская звезда экрана перебирала бумаги на столе чуть более нервно, чем следовало бы, – подковырки Оленьки были вполне безобидны.

– И о ком ты говоришь? – напряженно посмотрела она на ассистентку.

– Да о господине Герасимове же! Ах, какой мужчина, Ника Львовна. А молоденьких он не любит?

Ника свободно вздохнула и расслабилась в кресле. Герасимов! Директор хлебокомбината и участник одной из следующих передач. Ника была настолько рада, что истинный герой ее дум, хранитель ее сердца, ее таинственный возлюбленный, счастливо избежал нескромного взора вездесущей Оленьки, что она не отреагировала на умышленную или неумышленную бестактность подчиненной.

– Могу тебя ему представить. Раз ты такого высокого мнения о его неотразимости. Когда приедет в студию для записи передачи.

– Ну что вы, Ника Львовна, на меня, какую-то ассистентку, он и не посмотрит, – уничижительно сказала Оля, пытаясь сгладить неловкость своей предыдущей фразы. – Только вы их всех и интересуете. Мужчин.

«Мужчин», – повторила про себя Ника. Множественное число. А ей хотелось бы интересовать всего лишь одного-единственного мужчину.

Платон пожаловал с барского плеча простенькую «ауди». Вадим заехал на квартиру, убедился, что она и в самом деле завалена молочной смесью и «хаггисами-маггисами», потом проскочил в городской парк и пятнадцать минут издалека наблюдал за девичьей фигуркой, двигавшей взад-вперед синюю коляску…

…Ряды колясок в «Детском мире» казались нескончаемыми. Вадим высматривал ту, что была у его новой жертвы.