Дилетант

Вадим насвистывал беспечную мелодию, ловко маневрировал, обгоняя другие машины, и думал вовсе не о предстоящей операции, а о том, как изменился родной Шлимовск. «Ну не Урал, а Европа, вот дела», – думал он, оглядывая новые красивые здания и фешенебельные магазинчики, возникшие на знакомых улицах за его долгое отсутствие, хотя никогда не был в Европе и не представлял, как она выглядит.

Девчонка, на светофоре продефилировавшая в сантиметре от капота «ауди», вернула его мысли наконец-то к цели данной поездки.

Платон сказал, что девица симпатичная. Короткие светло-русые волосы и голубые глаза. Лица он вчера в парке не разглядел, но то, что фигура у нее отличная, и совсем не тощая, а в самый раз, убедился. И даже имеется некоторая заявка на приличный бюст… Посмотрим.

Вадим сбросил скорость. Там, где он собирался нырнуть в лесную чащу огромного городского парка, красовался новенький знак – «кирпич». Вадим развернул машину и на второй передаче неспешно поколесил вдоль кромки леса, высматривая, куда сворачивают коллеги-автомобилисты и нет ли поблизости засады настырных гаишников.

Олеся догадывалась, что так, как она, живут немногие, но она настолько привыкла к окружавшей ее роскоши и любви, что не представляла для себя иной жизни.

Она лежала на покрывале из стеганого шелка, прохладном и приятном, спускавшемся с кровати прямо на янтарно-желтый паркет, читала развлекательный журнал и болтала в воздухе голыми ногами.

Заботливая Никитишна притаранила неподъемное блюдо с фруктами.

Она только что скормила бутылочку молочной смеси толстому Валерке и теперь беспокоилась о витаминном балансе в организме его праздной матери.

– Лесенька, поешь винограду, – сказала Никитишна.

– Мой толстячок все съел?

– Двести молока и сорок грамм пюре.

– Сейчас играет.

– Какой молодец!

– Пусть полежит. А я соберусь и поеду на прогулку. – Олеся взяла с блюда оранжевый с красными пятнышками абрикос.

– Ах, Олеся, как мне не нравятся эти твои поездки на машине с ребенком!

– А что такого? – удивилась Олеся.

 – Я ведь каждый день езжу. И Игорь не против.

– Опасно!

– Ничего опасного! Я прекрасно вожу. Ну а где здесь гулять, Никитишна, где? Тут столько народу! А в парке – тишина, птицы, дубы, сосны. Знаешь, как чудесно!

– Ну, не знаю, не знаю, – проворчала Никитишна недовольно.

Телефонная трубка запищала на кровати где-то под Олесей.

– Да?

– Олеська, привет. Это Дима.