Блондинка в Токио

И больше никого.

– Безусловно. Как же иначе?

– Ну, знаешь ли… Всякие бывают варианты. Одни мои знакомые договорились о счётчике измен.

– Что это?

– У каждого карт-бланш на четыре измены. Но пятая – это уже развод.

– Бред какой-то!

– И не говори. Я бы и за одну измену убила! – кровожадно заявила Лера. – Если б было кого убивать, – со вздохом добавила она.

– Никаких измен, – твёрдо сказала я. – Тут я гранит.

– Причём, пьяный секс у них изменой не считается. И если без поцелуев – тоже. И если далеко от дома, как минимум на расстоянии в пять тысяч километров, – аналогично.

– Приплыли! Похоже, твои знакомые только и ищут повод, чтобы наставить друг другу рога, да ещё и с обоюдного согласия. Странные они какие-то!

– Но и вы с Константиновым тоже странные. Вместе не живёте… Как-то это неправильно. Ой, Лена, смотри, уведут!

– Его уведут только в том случае, если он сам этого захочет. А если Константинов этого захочет – я, вряд ли, смогу что-то сделать.

– Вроде ты никогда не была фаталисткой, доверяющей себя течению волн.

Всегда не только боролась за собственное счастье, но даже беззастенчиво заимствовала чужое.

Да, вот такая я безнравственная.

Валерия помнит меня двадцатилетней. Наверное, сравнивает с Беатой и находит у нас множество сходных черт.

Я закатила глаза, но потом улыбнулась:

– Вероятно, ты права, и мне следует прислушаться к твоим словам. Роскошный мужик бродит на свободе в екатеринбургских прериях. Непорядочек. С этим нужно что-то делать.

Как знать, возможно, я всё-таки переберусь к вам в город. К моему жадному миллионеру.

– Жадному? – удивилась Лера.

– О, да! Ты не поверишь. Уже целый год выбиваю из него деньги на один умопомрачительный проект – но бесполезно. Не даёт! Умоляю, клянчу, подхалимничаю, лобызаю третье правое ребро – не даёт! Скала.

Лера засмеялась.

– Ты постоянно носишься с какими-то идеями. Ты же изобрела тот прибор для кардиологических больных… как же он назывался… а, «Кардиостимэкс»!

– Не изобрела, конечно, а только вложила деньги, массу сил и времени в его разработку.

Но спасибо, что вспомнила. Ведь этот прибор – моё детище.

– А что потом случилось? Ты прогорела?

– Да, – коротко бросила я.

Мне вовсе не хотелось признаваться заклятой подруге, что я потеряла фирму и разорилась дотла из-за собственной глупости.

Но уже прошло три года.

Больше я в эту ловушку не попаду!

– Теперь восстанавливаюсь. Наращиваю обороты.