Экстремальная Маргарита

Ребята владели связной русской речью и не сбивались на рэп, не призывали Здоровякина с дрожью в голосе заниматься только безопасным сексом и не носили жутких приспущенных штанов.

– В два часа дня мужчина в саду за воротами поговорил немного с двумя женщинами, а потом…

– Потом они вышли, сели в машину и уехали.

– В синюю машину.

– «Рено».

– Да, синий «рено», – говорили подростки, перебивая друг друга.

Илья никого не останавливал и все записывал.

– А тетки бы ли, одна в зеленом костюме – с брюкам и, а другая в голубом – с юбкой.

– Автомобиль классный, совсем новый.

– А мужчина ушел в дом.

– Коттеджик у них тоже не хилый.

– Потом в четыре где-то…

– Да, около четырех, я как раз посмотрела на часы, потому что мне в полпятого надо было домой сбегать…

– Пришла такая девушка. Все краски жизни для тебя, в одном флаконе.

– Я бы с таких высоких каблуков свалилась. Замолчите, все! Илья Кузьмич, я опишу вам девушку. Такие у нее волосы белые, пышные, до плеч. Прическа называется каре.

С челочкой. Вы представляете, да? Солнцезащитные очки. Губы накрашены яркой помадой. Еще у нее была маленькая розовая юбочка, совсем короткая, аж все видно. И красная маечка. Вернее, кофточка. Тут три пуговички… Но пузо голое. А что было дальше, я не знаю, я домой уходила, товарищ капитан.

– Через сорок минут или там через час она вышла и потопала в сторону Яблочного переулка.

– А в шесть вечера вернулись зеленая и голубая женщины, вошли в дом и начали визжать. Потом понаехало машин – «скорая», милиция, прокуратура…

– Ребята, вы мне здорово помогли, – признался Здоровякин.

Он возвышался над молодежью, словно утес над морем. – Никогда еще свидетели не предлагали мне такой точный хронометраж. А вы ничего не перепутали?

Разноцветные роллеры приумолкли.

– А фоторобот мы будем делать? – поинтересовался один из них после задумчивой паузы.

– Обязательно! – воскликнул Илья. – Скажи мне, ты запомнил, какого цвета были у девушки глаза?

– Она ведь была в темных очках…

– Так.

Глаза отпадают, – загрустил Здоровякин. – И брови, наверное, тоже?

– Я бровей не заметил.

– И я. А губы зато у нее были красные-красные. Яркие. Вот как у меня ободок на шлеме, посмотрите, товарищ капитан.

Милые дети старались как могли. Но дальше «белых волос, темных очков и красных губ» дело не шло. Если неизвестная девица пыталась замаскироваться, то она сделала это блестяще: поймала наблюдателей в плен зрительных ловушек.