Экстремальная Маргарита

Настасья мягко высвободилась из железного обруча, странно посмотрела на Илью и покинула комнату. Ее уже совсем не шатало, ее походка показалась Здоровякину божественно-невесомой.

Через семь минут в зале появилась не Настасья, а грузная дама с подносом. Наряд, маникюр и прическа ввели Здоровякина в заблуждение: домработницы, полагал он, обычно экипируются более скромно. Но все же разодетая мадам была домработницей Кармелиных.

– Вот, подкрепитесь, – предложила она. – Хозяйка распорядилась накормить вас завтраком.

Раз притопали в такую рань. Ни свет ни заря. Экий вы громила.

Валентина Генриховна и сама была не маленьких размеров, но квадратный Илья вызвал у нее восхищение. А у Ильи вызвала восхищение перспектива дополнительной незапланированной трапезы. Он, конечно, перехватил утром полбатона с маслом, но каким надо быть кретином, чтобы отказаться от бесплатных бутербродов с черной икрой и салями и крепкого, чудесно пахнущего кофе!

Настасья неслышно возникла в комнате одновременно с исчезновением последнего куска колбасы с тарелки.

Теперь на женщине было надето легкое длинное платье, абсолютно непрозрачное, темный цвет которого оттенял трагическое выражение ее лица. Илья удивился, как ловко за каких-то ничтожных пятьдесят минут отсутствия Настасье удалось привести себя в порядок. Красных пятен от слез словно не бывало.

– Извините, что застали меня неодетой, – смущенно сказала Настасья.

Илья собрался было объяснить, что он видел женщин и не в таком виде и что между девушкой с перерезанным горлом и живой неодетой Настасьей он однозначно предпочтет Настасью, но передумал.

– Спасибо, – кивнул он в сторону опустошенных тарелок. – Настоящий кофе я люблю. А черную икру последний раз ел в прошлой жизни.

– А кем же вы были в прошлой жизни? – грустно улыбнулась Настасья. Бесхитростность капитана ее тронула.

– Наверное, камбалой.

– Камбалой?! – изумилась Настасья. – Почему камбалой?

– Ну как? Шнырял по морскому дну, выискивал черную икру и жрал ее.

Так я себе это представляю.

– А разве икра лежит на морском дне?

– Конечно. В таких маленьких черно-синих баночках.

– Знаете, я почему-то думала, что со мной будет беседовать Александр. Фамилию я уже не помню. С голубыми глазами.

– Валдаев.

– Да. Он ваш коллега?

– Точно. Мы работаем вместе. А вы имеете что-то против моей кандидатуры?

– Да нет же! Я просто так спросила. А как вас зовут, капитан Здоровякин?

– Илья.