Кейс. Доставка курьером

Мишутка сидел в кресле, пристегнутый ремнями, как космонавт, и с интересом смотрел в окно. Я дала ему ванильный сухарик, и детеныш погрузился в нирвану – тридцать три удовольствия обрушились на него: поездка в красивом автомобиле, интересное мельтешение за окном, сладкий сухарик.

Себе я тоже взяла один.

– Юля, а ты переедешь ко мне, пока родители будут здесь? – спросил Глеб, вылавливая мое отражение в зеркале заднего вида.

Я едва не подавилась сухарем.

– Совсем крышу снесло, Глеб?! Ты чего мне предлагаешь?!

– Юля! Ты же согласилась побыть моей девушкой.

– О переезде речи не шло.

– Тогда кто мне поверит?

– Ты даже сейчас уже выглядишь гораздо убедительнее, – успокоила я.

Стал больше похож на мужчину.

– Мне нелегко, – признался Глеб. – Я наступаю себе на горло.

– Продолжай в том же духе, и родители уедут домой успокоенными – с их мальчиком все в порядке.

– Все-таки, я думаю, будет лучше, если ты неделю поживешь у меня.

– А что я скажу Никите?

– Я сам ему все объясню.

Мужчина мужчине?

Гениально!

– И как же ты ему объяснишь?

– Ну, типа… – начал Глеб, но замолчал и нахмурил лоб. Видимо, светлые мысли его покинули.

– Да, давай-ка, изобрази. Что ты скажешь Никите? Одолжи мне напрокат свою женщину, а то я настолько заигрался в метросексуала, что меня уже принимают за голубого. Именно это и говорят обычно мужики друг другу, когда собираются выпить пива с воблой.

– Фу, пиво с воблой, – брезгливо скривил рот Глеб.

Автомобиль летел по загородной трассе, вокруг расстилались живописные зеленые поля, украшенные лесными островками.

– Слушай, а заедем сейчас к одному моему клиенту? Раз уж мы тут очутились. Я на сегодня с ним договоривался. У него роскошная усадьба. Я спальни ему переделываю. Хотите? Эй, пацан, хочешь по травке пошастать?

Пацан удивленно смотрел в окно.

– Да как-то неудобно, – засомневалась я. – Завалимся целой толпой. Я да еще и ребенок. Испугаем человека.

– Подумаешь! Мне только образцы шелка показать и прикинуть, как будет смотреться в комнате.

– Ха! Я ж его знаю.

– Да кто же его не знает, – пожал плечами Глеб. – Его рожа на каждом доме висит.

Это точно!

Накануне выборов в гордуму депутат Воскресенский украсил огромными плакатами со своей упитанной физиономией половину городских зданий. С них он пронзительно буравил взглядом избирателей и обещал восстановить справедливость.