Грешница

Владелец мебельных салонов «Таунхаус», хозяин сегодняшнего вечера. Ирина Римашевская, сотрудница агентства недвижимости «Квартал».

– Вот как? Интересно. Очень удачно, – подхватился Кумраев. – Ирина, а мне как раз требуется консультация риелтора. Вы не против?

Ириша одарила меня прощальной улыбкой и, влекомая капиталистом, через секунду растворилась в море расфранченной публики.

В половине десятого, возбужденная, порозовевшая, Ирина выскочила на улицу, разыскивая подругу. Я, естественно, курила. Ира подняла на меня умоляющий взгляд.

– Юлечка, пожалуйста, давай я останусь?

– Неужели тебе здесь нравится?

– Конечно, нравится! Я первый раз за столько лет вырвалась на свободу! Юля, умоляю!

– Да ради бога, оставайся!

– Но ты отпустишь няню?

– Хорошо, договорились.

– Только обещай не курить при Анечке!

– Да никогда в жизни! Что я, изверг?

– Ой, Юля, не ври. Я же видела! Ты курила на кухне!

– Не курила!

– Курила!

– Но не на кухне. Я практически висела за окном. Как промышленный альпинист.

Я торчала в форточке, едва раму не вынесла. Жизнью рисковала, можно сказать, ради здоровья ребенка. А ты меня обвиняешь!

– Ну, извини, извини.

– Вот так всегда! Домыслы, инсинуации!

– Не обижайся. Слушай, как я благодарна тебе за этот вечер! После того, что сегодня случилось в агентстве, мне просто необходимо было разрядиться.

– Что там у вас? – забеспокоилась я.

Не у меня одной проблемы.

– Все то же. Лев вопил и топал ногами. Изверг!

– Чем он опять недоволен?

– Все тем же.

Сам повесил на меня три неликвида. Теперь возмущается, что я их не реализовала. А как это сделать? Увы! Я не Елена Исинбаева и выше головы не прыгну.

Да уж! Один уверенно торгует в Арктике вентиляторами, а у другого даже спелые мандарины под Новый год не разбирают. Ириша из числа последних.

– Таиров орал, как ненормальный. А у меня сразу слезы, ты ведь знаешь…

– Прямо-таки орал?

– Ну… Покрикивал от возмущения. Намекнул, что я тупая курица.

– Что?!! – ахнула я и ощутила, как в груди поднимается волна феминистского негодования.

 – Какая скотина! Открыто обозвал курицей?!

– Не прямо, конечно… Он сказал: «Ирина Сергеевна, вы чудовищно непрофессиональны».

– Это даже хуже, чем тупая курица! Какой урод!

– Лысый, неповоротливый урод. Юля, он меня просто ненавидит, я это чувствую. Третирует, изводит. Цепляется по мелочам. Наверное, я начну искать другую работу.

– Постой. Давай я попытаюсь сбагрить твой неликвид.