Неприятности в ассортименте

– По телефону порой трудно добиться каких-либо сведений. Сейчас я на машине объеду все больницы. Вдруг где-то найду нашу пропажу. К счастью, Лев настолько фактурен, что его трудно спрятать или не заметить, – улыбнулся Коля.

– Точно, он огромен, как мамонт, – кивнула я.

– Так, а потом – в отделения милиции. А вдруг? У меня есть знакомые в прокуратуре и ФСБ. Попрошу их прозондировать почву. Ириш, успокойся. В жизни мужчины всякие случаются ситуации, но не всегда они ведут к летальному исходу.

Ошибка!

«Летальный исход», как и «морг», – не то выражение, которое сейчас можно употреблять в присутствии Ирины.

– Ну, какие ситуации?! – с дрожью воскликнула она. – Какие?! Я не представляю.

– А я – запросто. Ну, смотри. У меня, например, однажды сигнализация заблокировала машину. А я был в чужом городе. Портфель с документами, деньги, паспорт, сотовый – все осталось внутри. Стою у автомобиля, все мое богатство лежит за стеклом, а достать невозможно. Нашел проволоку, давай ковырять дверь.

– А разве нельзя позвонить куда-то? Вызвать помощь? – вставила я, как обычно, свои три копейки.

– Конечно, Юля. Я пытался выпросить у кого-нибудь мобильник, чтобы позвонить в эвакуатор. Людей, как назло, мало, да и шарахаются все от меня, как от прокаженного. Странный такой городок, грязный и нищий.

– Как тебя, Николаша, вообще туда занесло? – удивилась Ирина.

– По делам. Ну вот… И тут появляется наряд милиции. Хорошая картина – мужик суетится вокруг машины, а она орет, как изнасилованная итальянка.

Менты решили, я ее взломать пытаюсь. Ну, я им объяснил. Они не поверили, пригласили с ними в отделение. Скорее даже поверили, но страстно им захотелось меня урыть.

– Ясно. Решили продемонстрировать крутому парню свою власть.

– Да, верно. Хотя я вовсе не претендую на звание крутого парня… В общем… Я отказался уйти от автомобиля дальше чем на три метра. У меня там документов на пару миллионов, да и все остальное. Короче, в отделение милиции меня доставили уже в наручниках и слегка запылившегося.

Остаток дня и ночь я провел в кутузке. Утром наконец дали позвонить.

– А с машиной что? Как она переночевала на улице?

– Нормально. У ментов хотя бы хватило ума за ней приглядеть. Иначе я бы им не простил.

– А так – простил? Ночь в камере – это не сахар.

– Да, не стал связываться, – махнул рукой Николай. – Вот теперь вообразите Льва в такой же ситуации. Или в подобной.

Мы с Ириной глубоко задумались. Представили, как бы действовал Лев.