Не улыбайся незнакомцу

Да здравствует разумная экономия!

Я три раза прочитала инструкцию, даже почти все поняла. Затем уверенно напялила на свекровь полиэтиленовый чепчик и крепко завязала бант под подбородком.

– Эй, полегче! – возмутилась Ланочка.

В чепчике она смотрелась мило – этакий крупненький младенчик.

– Извините. А вам идёт!

– Не издевайся. Теперь бери крючок и осторожно продёргивай сквозь дырочки пряди.

Ну что тут сказать… Через три часа мы произвели «несложную» операцию. Нет, не покрасили волосы.

А всего лишь вытащили из дырочек лохмы, зарезервированные под мелирование. За это время я услышала в свой адрес миллиард замечаний: оказывается, я и криворукая, и бездушная, и жестокая. Ланочка вопила и каждый раз, когда я нечаянно царапала ее крючком или выдирала клок волос, находила новый нелестный эпитет. Но ведь предупреждала же: я не парикмахер!!!

Ещё через час мы обе были близки к истерике. Потому что в процессе окрашивания у Ланочки вдруг отвалилась часть волосяного покрова.

От ужаса у меня остановилось дыхание. Не очень-то вежливо с её стороны, могла бы отложить линьку до следующего раза – когда рядом не будет свидетелей!

А в целом опыт удался. Конечно, волосы Ланочки слегка поредели, но у неё ещё много осталось – можно экспериментировать и экспериментировать. Я ей так и сказала. Только она почему-то дулась на меня целых полмесяца. Что, впрочем, не мешало свекрови ежедневно использовать меня в качестве такси.

И вот завтра я повезу её к стоматологу. Заранее предвкушаю. «Почему ты свернула направо? Надо было ехать прямо! Помедленнее! Почему ты едешь так быстро? Ты видела знак? Разве не указатель поворота был? Тормози! Поднажми!»

А может быть, мне тоже погрузиться в депрессию?

Интересно, хоть кто-нибудь это заметит?

Глава 3

Золото в шоколаде

Моя любимая подруга Нонна вот-вот откроет две кофейни.

Когда-то Нонна была крутой бизнес-леди, но после тотального разорения превратилась в наёмную силу для более успешных предпринимателей.

Естественно, такое положение ее бесит – она привыкла быть независимой, а теперь ею помыкают.

Богдан Гында – так зовут мучителя Нонны. Я твержу это странное имя, ощущаю, как липнет к зубам кончик языка, прислушиваюсь к странным звукам – бог-дан-гында-бог-дан-гын-да… Словно кто-то дёргает струны огромной домбры.