Сорванные цветы

Оксана издавала звуки, свидетельствующие, что она пребывает в состоянии крайнего отчаяния вперемешку с яростью и растерянностью, но о подробностях можно было только догадываться. Кате пришлось влить в нее два стакана воды с валерьянкой, прежде чем зареванная красавица сумела связно изложить причину своих страданий:

– Представляешь, он мне позвонил… И сказал, что наша связь благополучно завершилась. Связь! А я-то считала, что у нас любовь, а для него это было просто очередной интрижкой. У-у-у… Что мне теперь делать?!

– И ты его теперь ненавидишь, после такого признания? – предположила Катерина.

– Да нет же! Я его люблю еще сильнее! Обожаю! – крикнула Оксана.

– Но ведь он-то не любит!

– Но я люблю! Ну как же ты, Катя, не понимаешь?

Катя действительно не понимала. Любить человека, который использовал тебя как резиновую куклу из секс-шопа (Катюша уже ознакомилась и с такими достопримечательностями столицы) и потом бросил? Возмутительно! Да надо взять в руки гранатомет и разнести все его министерство!

– Нет, ты представляешь, даже не захотел увидеться со мной, сказал все это по телефону! Почему он даже не захотел встретиться?!

– Может быть, он именно этого и опасался?

– Чего?

– Что ты будешь плакать, а потом избавишь его от новой челюсти и остатков волос.

Оксана почему-то перестала плакать и заинтересовалась:

– Почему ты сказала «новой челюсти»?

– Ну, когда его показывают по телевизору, у него настолько ослепительная улыбка, что не могут это быть настоящие зубы.

Оксана устремила напряженный взгляд в потолок, вспоминая.

– Действительно, у него чудесные зубы… Точно…

– Обворожительный оскал. Так, значит, у него нет ни одного собственного зуба?

– В пятьдесят лет очень трудно сохранить улыбку, которой можно было бы сверкать с телеэкрана, если ты не заяц-долгожитель-поклонник-сырой-морковки, – рассудительно заметила Катя.

– В пятьдесят лет? Он сказал мне, что ему сорок два.

– Да нет же, Ксюша, я в какой-то газете читала его биографию. В «Аргументах…»

– Подлец! Он, оказывается, еще и беззубый старикашка! Изображал из себя мужчину в расцвете сил.

– Надо сказать, получалось совсем неплохо.

– Значит, ты успокоилась? – с надеждой спросила Катя.

Оксана остановившимся взглядом смотрела в окно. Глаза постепенно наполнялись новой порцией слез.