Стопроцентная блондинка

Ей ужасно хотелось увидеть ту, другую женщину, укравшую у нее счастье.

И она решилась. Взяв со стоянки автомобиль, Настя поехала в центр, в знакомый до боли двор. Там, изящно маскируясь зонтиком, книгой, газетой, она три часа просидела на скамейке под разлапистым канадским кленом, выжидая. Более скандальная и самоуверенная особа наверняка не стала бы караулить во дворе, а вторглась бы на территорию, занятую неприятелем, и намылила обидчице шею.

Но Настя с юности влачила бремя интеллигентности. И поэтому она терпеливо ждала под деревом.

И дождалась. Около восьми вечера во двор въехал черный джип Платонова, и Настя увидела ее.

После легкого дождя в воздухе пахло озоном и близкими холодами, желтые и красные листья мокро блестели на черном асфальте. Платонов осторожно выгрузил из салона живой трофей, а из багажника – целый ворох фирменных пакетов и коробок.

С первой же секунды, увидев их вместе, Анастасия поняла, что трофеем является сам Платонов. Его лицо, обычно твердое и мужественное, сейчас утратило выражение силы.

Он сиял нежностью, суетился, выглядел счастливым и зависимым. Настя его не узнавала.

Я влюбился, как мальчишка.

Не знаю, что со мной.

Прости.

А соперница пленяла красотой. У нее были роскошные медно-рыжие волосы, яркие глаза, королевская осанка и взгляд женщины, привыкшей шагать по мужским трупам. В том, как она смотрела на Платонова, чувствовалось удовлетворение охотника, заарканившего сильного зверя. А зверь находился в состоянии эйфории и не владел ситуацией…

На фирменных пакетах, привезенных домой Платоновым и рыжеволосой стервой, красовался логотип магазина «Александра».

Это был дорогой салон свадебных платьев. Настя и сама не раз заходила туда, чтобы примерить бело-розовый наряд и вообразить себя невестой.

Да, за пять лет ей так и не удалось уговорить Михаила зарегистрировать их отношения. «Зачем это, – отшучивался он, – разве я тебе не муж? Я полностью в твоей власти». Новая пассия, видимо, нашла подход к Платонову и убедила его в преимуществах официального брака перед гражданским…

– …Пять лет, – причитала вечером на кухне у Здоровякиных Анастасия, – пять лет жизни! И что теперь?

Мария, по обыкновению, сосредоточенно вырабатывала молоко.

На руках у нее лежал Стасик. Он косился на дам голубыми глазками, жмурился, корчил рожицы. Но болтовня больших девочек действовала на него как снотворное, и вскоре детеныш ритмично задышал, уснув.

– Надо же, – заметила Настя.