Стопроцентная блондинка

 – Какая бесхарактерность! Уже готова простить. Пилинг, тоже мне! Это от слова «пила»? Когда спиливают верхний слой кожи? Да, да, совершенствуйся! Еще слетай в космос и покори Эверест. Толку-то! Когда Платонов прозреет, будет поздно. В паспорте – штамп, в люльке – младенец. А в сердце – ненависть ко всем представительницам слабого пола…

Анастасия не понимала, как Платонов будет жить без нее. За пять лет у них сформировался целый арсенал совместных привычек и ритуалов. Они понимали друг друга с полуслова. И что теперь?

– Я всегда ждала его с ужином.

Разве она станет для него готовить? Да она, наверное, и не умеет. А я три раза ездила во Францию и брала мастер-класс в «Ритце». Я жарю отбивные, как шеф-повар французского ресторана. А мой фирменный борщ? А куриный салат с мандарином? Как же, а?

– Думаешь, Платонов не выживет?

– Конечно нет! А массаж? Я специально закончила курсы, чтобы по вечерам делать ему расслабляющий массаж.

– Ты серьезно? – поразилась Маша.

– Да. Он ведь так устает. И я умею танцевать танец живота.

У меня костюм с монистами!

– Слушай… У меня просто нет слов!

Мария несколько минут потрясенно молчала. Она представила, как встречает вечером Здоровякина в наряде восточной одалиски, кормит супруга борщом и куриным салатом, а затем страстно крутит бедрами в зажигательном танце. А после добивает майора расслабляющим массажем. О, это было бы нечто!.. Хотя вряд ли Здоровякин выживет – ведь, несмотря на внушительные размеры, он отличается тонкой нервной организацией.

Его психика будет травмирована жестоким экспериментом.

– Знаешь, Настя, ты уникум.

– Правда?

– Однозначно.

– А разве ты не заботишься так же об Илье? – удивленно распахнула глаза Анастасия. – Ах, впрочем, сейчас тебе не до танцев.

– Честно говоря, я не способна на такие подвиги.

– Какие подвиги? Мне нравилось делать Мише приятное. Я ведь его люблю! Вернее, любила.

– Настя, у тебя задатки супержены. Подозреваю, ты быстро найдешь объект, готовый поглощать твою созидательную энергию.

Мужчины обожают, когда их лелеют. Вот, посмотри на этот экземплярчик!

Маша указала на пупсика, блаженно спавшего у нее на руках.

– Он чудо, – подтвердила Настя…

Сеанс врачевания душевных ран был прерван появлением близких родственников Марии. В квартиру с грохотом ввалились четверо мужчин. Им словно противно было само понятие тишины.

Впереди катился измазанный шоколадом трехлетний Эдик. Затем в дверном проеме возникли близнецы Леша и Антоша.