Убийственный грейпфрут

Анжела случайно налетела на импозантного молодого мужчину, уронила сумку, и её содержимое – миллион дамских штучек – сразу высыпалось на блестящий, как лёд, пол демонстрационного зала. Парень извинился и тут же присел, стал собирать тюбики, флаконы, гаджегы. Они столкнулись ещё раз – теперь уже лбами – и засмеялись…

Если честно, Анжеле вообще ни с кем не удавалось познакомиться. Она была яркой, самоуверенной и раскрепощённой. Мужчины боялись к ней подойти, думали, у неё всё есть. А если кто и лип – то всякая деклассированная нечисть.

Да, сегодня ей феноменально повезло. Но не поторопила ли она события? Так боялась упустить кавалера, что с головой ринулась в омут…

– Так чем же ты занимаешься? – повторила вопрос Анжела.

– Среди прочего, я шахматист, – улыбнулся краешком рта молодой человек. Он уже натянул джинсы и застёгивал ремень.

Анжела следила за его движениями. Возможно, он и шахматист. Но фигура у него, как у олимпийского атлета.

– Вот как? Значит, на жизнь зарабатываешь шахматами?

– А что? Этим можно неплохо зарабатывать.

Участвовать в чемпионатах, получать призовые, – расплывчато заметил Андрей.

– Надо же! – удивилась Анжела. – Ты первый шахматист среди моих знакомых.

Майор усмехнулся. Он предпочёл не сообщать барышне о том, что работает в уголовном розыске, чтобы не травмировать её нежную психику. Анжела и так уже смотрела на него едва ли не с обожанием. А достоверная информация о характере его трудовой деятельности и вовсе заставила бы её затрепетать.

Почему-то это всегда производило на девушек неизгладимое впечатление. Некоторые сразу просили показать пистолет и наручники.

– А ты чем занимаешься, Анжела? – в свою очередь поинтересовался майор. Он оглянулся. – У тебя тут красиво.

– А я – бренд-менеджер, – не без гордости сообщила девушка.

– О! – удивился Андрей. – Какое совпадение. Ты первый бренд-менеджер среди моих знакомых.

– Польщена. Что-то мне подсказывает, что у тебя невероятное множество знакомых.

Особенно женского пола.

– Ты ошибаешься.

Андрею хотелось уйти, но бежать, сломя голову, получив желаемое, было неприлично, поэтому майор поддерживал светскую беседу. Девушка доставила ему удовольствие и заслуживала благодарности, пусть на самом деле она являлась всего лишь инструментом для утоления желания, малиновым заревом разгоравшегося в теле Андрея с самого утра…

Он горько усмехнулся. Это физиология, и от неё никуда не денешься.