Убийственный грейпфрут

Мужик признался, что к нему обратился какой-то иностранец и попросил организовать конную прогулку для дочки. Сказал, куда подойти с лошадью – на лесную опушку, прямо к воротам конного клуба. Иностранец объяснил, что злая мать девочки запрещает им с дочкой видеться, поэтому приходится изворачиваться, искать способы. Едва Осипов появился на полянке перед конным клубом, ему тут же вручили девочку. Он даже и рта открыть не успел.

– Наверное, француз тщательно подготовил похищение. Хронометраж идеальный.

– Или ему просто повезло. Все участники истории играли ему на руку.

– Когда Осипов, ведя под уздцы лошадь, углубился в лес, на тропинку с воплем «Сюрприз!» выскочил сам француз. Девочка в ответ радостно заверещала и протянула руки к мужчине. Осипов понял, что сделал благое дело – поспособствовал воссоединению родных душ. Прокатив ребёнка по лесу до шоссе, француз отпустил Осипова. Он щедро оплатил его услуги, сказал, что они с дочкой ещё съездят в магазин, выберут подарок, а вечером он вернет Варвару матери.

– И как? Вернул?

– Нет.

– Нет?!

– У Елены не было его телефона, только почта и скайп. Через пять часов лихорадочных попыток ей всё же удалось связаться с Николя. Оказалось, что девочка уже во Франции. Коварный папаша вывез её из страны по поддельным документам.

– Ничего себе! Как ему удалось?

– Очевидно, нашёл способ. В летний сезон, когда аэропорты забиты путешественниками с маленькими детьми, а у стоек паспортного контроля толпятся очереди… Тем более, что они с Варварой – одно лицо… В общем, ухитрился.

Да, француз блестяще провернул эту операцию.

– Так Варвара вернулась домой?

– Нет.

– Но ведь прошло уже почти полтора месяца! – воскликнула Лиза. – Ничего не понимаю. И Николя до сих пор не в тюрьме? Он же похитил ребёнка!

– Думаю, у Николя большие связи – там, на родине. К тому же, он, наверное, уже сделал тест на ДНК и доказал, что приходится Варваре родным отцом, то есть имеет на ребёнка права.

Возможно, в своё оправдание насочинял всяких ужасов про мать: плохо заботилась о дочери, кормила плесневелым сухариком, не покупала игрушек, лишала встреч с отцом и так далее. Думаю, разбирательство может затянуться на годы.

– Я вспоминаю ситуацию с одной нашей российской актрисой. Она много лет сражалась с французским законодательством, пытаясь вернуть себе дочь. Отец тоже француз, как и Николя.