Всё было и прошло. Рассказы

Но отец ничего мне не сказал, я ведь теперь была мужняя жена, подчиняться должна была мужу. Через год родилась у нас дочка. Назвали девочку Ангелиной, как учительницу. Мише это имя нравилось, а мне нравилась Ангелина. Миша вступил в партийную ячейку. Его послали учиться в сельскохозяйственный институт в Ярославль. Я с дочкой жила у его родителей. Однажды деверь, старший брат Миши, побывал в городе и вернувшись сказал мне:

– Маня, навестила бы ты своего мужа, а то девицы там вокруг него вьются, как бы не увели.

Я думала недолго, собралась с Ангелинкой и поехала. В общежитии меня встретили молодые студентки, расспросили, к кому приехала. Сосед Миши по комнате уступил нам свою кровать на время. Через девять месяцев родилась у нас вторая дочка. Шел 1924 год. В январе умер Владимир Ильич Ленин. Дочку в его честь мы назвали Нинель. После окончания института Михаила послали по распределению в село Палкино возглавить ветеринарную лечебницу.

Там в 1928 году родилась у нас третья дочка – Эмма. Миша ждал сына и очень расстроился, когда акушерка сказала, что девочка родилась.

– Ну. опять щеловатая посудина, – махнул он рукой. Но Эммочку он очень любил, баловал и даже брал с собой в командировки. На работе он был на хорошем счету. В партии тоже пользовался авторитетом. Его выбрали делегатом на 17 съезд партии – Съезд победителей. После съезда его перевели в Ярославль, в областное управление, где вскоре он возглавил ветеринарную службу.

Он часто выезжал в колхозы с проверками. Я говорила ему,

– Миша, все из колхозов возвращаются с продуктами, а ты хоть бы сметаны деревенской привез.

– Что-ты, Маня, нельзя, подумают, что я взятки беру.

Жили мы дружно. Вечерами я ждала его с горячим ужином. Он всё чаще был расстроенным. Ходил по комнате, скрестив за спиной ладони и рассказывал мне о том, что его тревожило. Предупреждал, чтобы я никому не рассказывала то, что слышала от него.

Летом 1937 года он уехал в командировку в Кострому и взял с собой Эмму. Через два дня я получила от него телеграмму: " Приезжай за Эммой, я задерживаюсь». Я приехала сразу, чувствовала, что происходит что-то страшное. Ужинали мы в ресторане, потом он проводил нас с дочкой на поезд. Через несколько дней к нам домой пришли работники НКВД с обыском. Миша из командировки не вернулся. Тревожное было время.