Не могу тебя забыть

– Я не замечаю этой разницы, – серьезно ответила Инна, – для меня ее не существует.

– Ты правду говоришь? – Колесник протянул руку через стол и сжал ее ладонь.

– Абсолютно, – улыбнулась Соломатина. Она на секунду подумала, не выглядит ли это смешно со стороны. Эти молодые ребята и девушки остры на глаз и на язык. Соломатиной совсем не хотелось стать объектом ехидных улыбок. К тому же она понимала, что Колесника такая реакция незнакомых окружающих людей может сильно задеть. Но в кафе все шумели и занимались своими делами.

Руку она не убрала.

– Инна, я понимаю, что у тебя своя жизнь, она хлопотная. Сын, родители… наверное, что-то еще есть… И все же… ты должна знать, ты для меня много значишь. Если бы я не боялся тебя спугнуть, я бы признался тебе в любви. Ты же мне тогда еще понравилась, когда впервые пришла к нам.

– Я догадывалась. Хотя думала, что это так, несерьезно совсем. Знаешь, служебный флирт. Он – как перчик в пресном блюде.

– Пресное блюдо – это обычная жизнь.

– Да нет, просто выражение.

– Инна, давай сегодня не пойдем в музей, в парк или в кино. Давай сегодня поедем ко мне в гости? – Сергей Петрович произнес это с таким выражением лица, с каким некоторые коты воруют сметану. Что-то вроде: «А что, ничего особенного…» Но в фигуре чувствуется напряженность и готовность отразить возможное нападение. Соломатина посмотрела на него сурово:

– Вот ты считаешь, что так запросто, после всего нескольких лет знакомства, можешь мне это предложить?!

Колесник окаменел, потом покраснел, потом выдавил:

– Ну, вообще, мне казалось… мы же…

Соломатина не выдержала и расхохоталась:

– Сережа, извини, но я просто не знала, как отреагировать.

Понимаешь, я почувствовала себя такой старой на мгновение. И в этом виновато окружение. Они все, – Инна кивнула на группу ярких девушек, – такие бойкие. Имеют на это право. А мне иногда кажется, что…

– Тебе ерунда кажется, – сказал решительно Колесник, поднимаясь из-за стола, – поехали. Мы сегодня с тобой будет делать все вредное и неприличное.

– Например? – последовала за ним Инна.

– Ну, холестерина мы уже поели, теперь мы займемся любовью.

– Что же неприличного в занятиях любовью? – улыбнулась Соломатина.

– И то верно, – улыбнулся Сергей Петрович.

На улице он, не стесняясь, обнял Инну. Она положила голову ему на плечо, так они подошли к машине.

– Ехать будем долго – пробки сплошные, – взглянул в телефон Колесник.

Соломатина поняла, что сейчас он страшно смущен.