Орешек для трёх Золушек

Как ни уговаривал ее итальянский депутат подумать о будущем, обещая всех перевезти в Италию, нанять сиделок и нянь, как ни умолял, Ольга Евгеньевна оказалась непреклонна.

– Я люблю тебя. Но ты такая русская, такая упрямая! – сетовал депутат горестно. Они еще немного повстречались, попереписывались, а потом пришло время выхаживать внучек, и Ольга Евгеньевна позабыла обо всем на свете. Так пролетело пять лет. За это время она ни разу не посмотрела ни на одного мужчину, те иногда бросали взоры на изящную даму, но внучки, повисшие на ее руках, явно были грузом, который потянут не все.

Ольга Евгеньевна всегда была «в форме»: с прической, хорошо одета – никаких случайных кроссовок, стоптанных туфель или старых курток. Губы накрашены нежным перламутром – она осталась верна любимой помаде, хотя визажисты и утверждали, что перламутр – помада молодых. Ольга Евгеньевна за собой следила, но в этом не было готовности к романам, к встречам, к неожиданному счастью. Эта мобилизация женских сил объяснялась, скорее всего, дисциплиной.

Вот и сейчас в кафе она сидела в кремовой блузке, в строгих брюках, словно не бабушка малолетних внучек, а дама, зашедшая выпить в спокойном одиночестве привычную чашку кофе.

– Ба, а куда ты сегодня идешь? Мама сказала, что ты уходишь гулять, – спросила внезапно Маша, размазывая малину по теплому сырнику.

– Я иду встречаться с подругами.

– А у тебя есть подруги? – удивилась вторая девочка. – Мы их никогда не видели.

– Есть. Только мы не очень часто встречаемся.

– Почему?

– Ну, – ответила Ольга Евгеньевна, – у взрослых столько дел, что времени иногда не хватает.

Она хотела добавить что-то еще, но раздумала – сидящие перед ней пятилетние кокетки еще ничего не знали о трудностях зрелого возраста.

Уезжала она в шесть часов. Девочки под присмотром матери писали буквы. Лена строго следила, чтобы обстановка в детской была как на уроке.

– Пока все не сделаете, играть не разрешу.

Ольга Евгеньевна, нарядная, в тонком платье, с маленьким жакетиком в руках и сумочкой, вошла попрощаться.

– Бабушка! Ты такая красивая! – закричали внучки и вскочили со своих мест, забыв наказ матери.

– Ты – как та самая герцогиня из замка! Которая на лошади проскакала всю ночь! – Маша трогала тонкое платье и шумно вдыхала аромат духов.

– Мама, мы занимаемся, – ледяным голосом напомнила дочь.

– Да, девочки, да, возвращайтесь за свои столики.